Неприлично дорого, но он один из лучших. Постарается добиться для тебя мягкого приговора. Первое слушание через три недели.
Я кивнул, не зная, что ещё сказать. Не хотелось бы ждать суда за решёткой. От этой дурацкой кушетки всё тело ломило, да и вообще, в такой обстановке всё чаще посещали мрачные мысли. Но отец и так делал всё, что мог.
Меня продержали ещё день, а затем Тиффани внесла залог. Думаю, никогда не забуду её зарёванные зелёные глаза. Как только она увидела меня, сразу кинулась на шею, крепко обнимая.
Я облегчённо выдохнул, неосознанно цепляясь за неё, словно за спасательный круг. Уловил знакомый запах её волос. Прикрыл глаза и мысленно уже представил себя дома.
— Картер, что произошло? — начала расспрашивать Тиффани, шмыгнув носом. — Почему тебя обвиняют во всём этом?
Наивная, глупая девочка. Она всегда видела во мне то, чего нет. Я вовсе не хороший парень, я — грёбаная ходячая катастрофа, которая утянет её на дно вместе с собой.
— Поехали домой, — устало попросил я, взяв её за руку.
Боялся, что всё это сон. Что вот-вот проснусь и снова окажусь в дурацкой камере рядом с такими же бедолагами, как и я.
— Я так распереживалась, когда ты не вернулся после работы, — лепетала жена, сидя за рулем своей машины, когда мы выехали за пределы полицейского участка. — Звонила тебе раз сто.
Я как раз включил телефон, и посыпались десятки пропущенных звонков от Тиффани.
— Названивала, пока полицейский не сказал, что тебя арестовали. Я места себе не находила! Стала звонить твоему отцу, затем своему…
Я откинулся на спинку сиденья дорогой машины и прикрыл глаза.
Щебетание жёнушки даже как-то расслабляло. Я был рад, что не один. Когда один, начинаешь копаться в себе, анализировать слишком много, сожалеть. И всё заканчивается тем, что хочется взвыть, а затем расшибить лоб об стену, чтобы избавиться от мучений.
— Отец не согласился дать мне столько денег, пришлось брать кредит и заложить кое-какие драгоценности. Он очень зол на тебя, Картер.
— Спасибо, — безжизненно произнёс я, взглянув на Тиффани. — Что достала деньги.
Она метнула на меня слегка удивлённый взгляд, а затем нахмурилась.
— Выглядишь дерьмово. Они тебя там не кормили, что ли? — недовольно пробубнила. — Я приготовила для тебя много вкусняшек. Эти два дня были каким-то адом. Нужно было чем-то себя занять, вот и наготовила, — нервно хихикнула она.
Как только подумал про еду, в животе сразу заурчало.
