Она садится за небольшой белый инструмент, открывает крышку и сразу же начинает прелюдию Баха в до миноре. Музыка летит по комнатам, как отсвет ярко-оранжевого и красного пламени, выжигая воспоминания и мысли об отце и даря освобождение.
Открыв глаза, Алессия видит Максима.
– Невероятно, – потрясенно шепчет он.
– Спасибо.
Он гладит ее по щеке кончиком пальца, потом, взяв за подбородок, приподнимает голову – и она тонет в притягательном взгляде. Глаза у Максима необыкновенные. Вблизи видно, что радужная оболочка по краю темно-зеленая, цвета сосен, которые растут в Кукесе, а ближе к зрачку – светлее, как папоротник весной.
Вот он склоняется к ней, наверное, поцелует… Нет.
– Я не знаю, что я сделал, чем тебя расстроил.
Алессия кладет кончики пальцев ему на губы, призывая к молчанию.
– Ты все сделал правильно.
Он тянется поцеловать ее ладонь, и Алессия убирает руку.
– Если я тебя чем-то обидел, пожалуйста, извини. А теперь… Хочешь пойти к морю?
– Да, – счастливо улыбается она.
– Отлично. Только давай оденем тебя потеплее.
Алессия нетерпеливо тянет меня вниз по каменистой тропе. Когда мы ступаем на пляж, она забывает обо всем. Отпускает мою руку и мчится к бушующему морю, потеряв на бегу шапку и распустив волосы.
– Море, море! – кричит она и кружится, подняв руки в воздух.
Утреннее огорчение забыто, она улыбается, на щеках розовеет румянец, глаза сияют. Я иду к песчаной косе, чтобы отыскать и спасти ее теплую шапку.
– Море!
Ее голос звучит громче рокота воды. Алессия размахивает руками, как мельница, и приветствует каждую катящую к берегу волну.
Глядя на нее, невозможно не улыбнуться. Нескрываемый восторг от первой встречи с морем очень заразителен. Я улыбаюсь каждый раз, когда она вскрикивает и отпрыгивает от волн. В огромных сапогах-веллингтонах и куртке не по размеру, Алессия выглядит очень смешно. Она раскраснелась, носик порозовел, смотреть на нее – блаженство. У меня перехватывает дыхание.
Вот она бежит ко мне по-детски торопливо и хватает за руку.
– Море! – снова кричит Алессия и тянет меня к бьющимся о берег волнам.
"
"И я иду за ней, отдавшись потоку чистого счастья.
Глава 13
Они идут, держась за руки, вдоль берега по тропе и останавливаются у старых развалин.
– Что здесь было? – спрашивает Алессия.
– Оловянный рудник.
Алессия и Максим прислоняются к старой печной трубе и смотрят на беспокойное море с белыми барашками, над которыми посвистывает холодный ветер.
– Здесь очень красиво, – говорит она. – Все настоящее, дикое.
