И в Албании ты можешь ходить без носков, но не здесь. У нас холодно.
Алессия краснеет. У нее всего две пары носков, потому что нет денег, чтобы купить еще, а просить у Магды она стеснялась. Данте и Илли забрали ее багаж, а когда она добралась до Брентфорда, Магда сожгла почти все оставшиеся вещи – все равно они совершенно износились.
– Кто это – Денни?
– Она живет здесь, неподалеку.
Максим встает и убирает со стола тарелки.
– Я помогу, – вскакивает Алессия. Разве может мужчина убирать со стола? – Я помою.
Она забирает у него тарелки и кладет в раковину.
– Подожди. Давай я. Ты лучше высуши волосы. У тебя в спальне, в шкафу, должен быть фен.
– Но…
«Не может же он сам мыть посуду! Мужчины этого не делают!»
– Никаких «но». Я сам. Ты достаточно за мной убирала.
– Это моя работа.
– Не сегодня. Ты моя гостья. Иди. – Его голос звучит резко. Сухо. У нее вдруг возникает дурное предчувствие. – Пожалуйста, – добавляет Максим.
– Хорошо, – шепчет она и быстро уходит, не понимая, за что он на нее так рассердился.
«Пожалуйста, не сердись».
– Алессия, – окликает он ее. Она останавливается в шаге от ступенек. – Ты в порядке?
Она кивает и бросается вверх по лестнице.
«Какого хрена?»
Что я такого сказал? Алессия, старательно пряча глаза, исчезает.
«Черт».
Я ее обидел, не знаю как и чем. Надо бы пойти за ней, но я остаюсь на кухне, загружаю посудомойку и вытираю со стола.
Через двадцать минут, когда сковорода домыта, звонит телефон у входной двери.
«Денни».
Я бросаю взгляд на лестницу в надежде увидеть там Алессию, однако ее нет.
Впустив Денни, я выключаю музыку – ей такие мелодии не нравятся.
Фен громко жужжит, Алессия терпеливо расчесывает волосы под струей горячего воздуха. С каждой секундой ее дыхание выравнивается, а сердце возвращается к обычному ритму.
«Он говорил, как отец».
И она повела себя так, как будто услышала голос отца – убежала, убралась с дороги. Отец никогда не простил ей и ее матери того, что единственный ребенок в семье – девчонка. Матери, конечно, досталось и до сих пор достается за это гораздо больше.
Но мистер Максим не такой. Он не похож на ее отца.
«Ничуть».
Высушив голову, Алессия решает, что единственный способ восстановить хорошее настроение и забыть хоть ненадолго о семье, – поиграть на пианино. Музыка – ее единственное спасение. Уже много лет.
Алессия спускается на первый этаж, однако мистера Максима там почему-то нет. Он пропал. Интересно куда? Ее пальцы так и рвутся коснуться клавиш.
