Они беспрепятственно прошли мимо охранника, уныло ковыряющегося в зелёно-коричневой массе, размазанной по тарелке. Он безразлично скользнул по ним взглядом и отвернулся. Выбеленный извёсткой коридор привёл их в большую комнату, где под тусклым дрожащим светом свечей на потёртом ковре играли несколько детей. Малыши как по команде подняли глаза и уставились на них. Тимур изо всех сил старался сдержать эмоции и сохранить невозмутимость. Теперь он понял, о чём говорила Лаура, – бóльшая часть воспитанников была изуродована аномалиями.
Малыш лет четырёх, который сидел ближе всех, с кряхтением поднялся на кривые ножки и, коверкая слова, спросил:
– Мы пойдём гулать?
Правая половина его лица была покрыта ужасными рубцами, а левая осталась абсолютно чистой, с нежной, почти прозрачной кожей. В глубине голубых глаз таилась надежда: вдруг сегодня пришли именно за ним?
Тимур почувствовал, как его захлёстывает волна отчаянного бессилия, и судорожно сжал кулаки. Крендель тревожно заворочался на груди.
– Нет, сегодня не получится, – буднично ответила Лаура.
Малыш сразу сник, снова уселся на пол и стал что-то рисовать карандашом на дощечке.
– Но эти же вполне нормальные, – стараясь взять себя в руки, тихо сказал Тимур. – Что с ними не так?
– Они получили необычные способности.
– И только поэтому от них отказались родители?
– Это пугает. Как бы вам жилось с ребёнком, который умеет менять облик или двигать предметы? Вы бы смогли с ним общаться? В том-то и дело, не все выдерживают такое испытание.
Надо попробовать расспросить, они всегда очень смышлёные.
– Привет, – Тимур присел возле одного из малышей.
– Здравствуйте, – мальчик поднял на него глаза удивительного василькового цвета.
– Как дела?
– Вы странник? – ответил он вопросом на вопрос.
– С чего ты взял? – удивился Тимур.
– Так думает киса у вас за пазухой.
– А что ещё она думает? – рассмеялся Тимур, расстёгивая куртку.
– Да что же такое! Всё время меня приписывают к кошачьим, – проворчал, выглядывая, Крендель.
– Он очень любит вас и волнуется, чтобы с вами ничего не произошло. – Малыш затих, словно прислушиваясь к чему-то, и добавил: – Как с Агатой.
– Ты читаешь мысли? – догадался Тимур.
– Да, – буднично согласился малыш и занялся самодельными глиняными кубиками. – Хаим в следующей комнате. Не бойтесь, я никому не скажу.
– Как он выглядит?
Малыш молчал, продолжая строить что-то вроде стены. Тимур не стал переспрашивать, лишь погладил его по голове.
