Не нужно было проверять, в какую квартиру поднялся тот или иной вошедший. Объекты наблюдения были обозначены четко.
Вскоре в его блокноте появилась первая запись.
Объект наблюдения Гном прибыл в 11.30, а убыл в 11.40. Гость сбежал стремительно, вслед ему неслись крики, слышные даже на канале.
В 12.23 прибыла Цыганка. Она задержалась подольше, четверть часа. Но вышла в дурном настроении и даже пнула ботинком приблудную собачонку.
Ровно в 12.30 в дом зашел объект наблюдения Веселый.
Курочкин записал время и стал ждать, на сколько хватит этого гостя.
Прошло двадцать минут, а он так и не появился.
33
Радушный хозяин старается сделать гостю что-нибудь приятное: усадить в лучшее кресло, угостить водкой или умной беседой. Аполлон Григорьевич был так любезен, что без лишних слов оставил лабораторию Ванзарову, сам же удалился. Предупредив доктора, что пойдет ловить кроликов для его опытов.
Насильно усаженный в кресло между стеллажом с заспиртованными органами и этажеркой с орудиями убийств, Погорельский ерзал и часто кряхтел, как будто энергия, закупоренная в нем, рвалась наружу и не могла найти выход.
Доктор то клал ногу на ногу, то садился ровно, то тер колени, то оправлял пиджак. Хуже всего, что обманчивый господин с роскошными усами возвышался над ним, как власть возвышается над подчиненными. Ванзаров удобно оперся спиной о край лабораторного стола, вытянув ноги и скрестив руки. Вид его говорил о вседозволенности и безжалостности. Именно то, чего следует ожидать от полиции. Он ждал, когда бурлящий характер доктора доведет себя до кипения.
И дождался.
Погорельский вскочил, топнул ногой, совершил руками неописуемый жест, как будто отгонял демонов, и тут же рухнул в кресло.
– Что ж вы сразу не сказали, что из полиции? – жалобно проговорил он, не понимая, чего от него ждет этот господин. Или в чем нужно покаяться. – Я бы и так вас представил в кружке…
– Почему вы сразу не сказали, что занимаетесь гипнозом? – спросил Ванзаров, не меняя позы.
– Я? Гипнозом? Какой же тут секрет… Это всем известно… Брошюру издал, в «Ребусе» публикации делал… Всем известно, – повторил он, как будто об этом напечатано на первой полосе «Ведомостей Санкт-Петербургского градоначальства и столичной полиции».
Сняв пиджак и положив его на следы химических опытов, Ванзаров остался в жилетке и сорочке. Узел галстука заметно ослабил.
– Приступайте, доктор.
– К чему приступать?
– Загипнотизируйте меня…
– Вас? Зачем?
– Хочу испытать на себе, каково это, – ответил Ванзаров.
