– Этот человек не тот, за кого себя выдает! Где только ты их находишь? То мальчишка малахольный, то новый лгун…
– Почему лгун? – расстроенно спросил Погорельский, вспомнив об автографе, который дал так опрометчиво, мало ли что.
– Потому, что полтора года назад у Крукса на сеансах был я! И его там не видел… Он врет…
– Ну, знаешь, Иона… Обвинять во лжи… Может, он просто что-то напутал и был у Крукса раньше… или позже…
От такой наивности Иртемьев рассерженно отмахнулся.
– Не болтай глупости, Мессель Викентьевич…
В перепалке позабыли о редакторе.
Но он помнил, ради чего оказался здесь."
"– Друзья мои, – примирительно начал Прибытков. – Прошу проявить сдержанность и рассудительность.
Сеанс надо отменить…
Чем окончательно разозлил Иртемьева.
– Нет, не надо! Если не желаете или боитесь, можете не участвовать. А мы будем проводить… Погорельский, ты трусишь или нет?
– Я… да… Наверное… – пробормотал тот.
– Вот! – Иртемьев погрозил рукой. – Доктор с нами. Случись что, окажет помощь… Да ничего и не будет…
– Иона Денисович, я вас прошу, не надо, – тихо проговорил Прибытков.
– Откажитесь… Прошу вас…
Разъяренным тигром Иртемьев прошелся по гостиной.
– Отказаться? Хорошо, Виктор Иванович… Я откажусь. Но при одном условии: вы признаетесь, что вас так напугало…
Деваться было некуда. Редактора приперли к стенке. Хоть он и так стоял у нее. Наконец Прибытков решился.
– Среди нас… появилось зло… Чрезвычайно сильное… и опасное…
Иртемьеву показалось, что он ослышался.
– Зло? Вы говорите, зло? – переспросил он. – Кто-то из наших занялся черной магией? Вы серьезно? Не шутите? И это говорит редактор «Ребуса»?
Теперь Виктор Иванович и сам слышал, как глупо прозвучало его признание. А когда девица Люция шептала ему на ухо, так не казалось. Околдовала, что ли… Прибытков пожалел о том, что было сказано. Но сказанного не воротишь. И время назад не отмотаешь. Во всяком случае, пока…
– Есть основания полагать, – не слишком уверенно сказал он.
Почуяв слабину, Иртемьев вцепился мертвой хваткой.
– Кто, назовите, кто стал прислужником зла? Мы изгоним его… Даже если это моя жена… Даю вам слово! Кто это?
Прибытков видел, что Иона Денисович вошел в такой раж, что того гляди выгонит несчастную Афину… Ах, зря затеял, зря доверился девчонке…
– Я не знаю, – чуть слышно проговорил редактор.
Иртемьев мог торжествовать. Но пощадил несчастного.
– Вот для этого и проведем сеанс, – заявил он.
