Нинель выбежала на улицу, не накинув платка. Подойдя к телу, она опустилась на колени, закрыла лицо ладонями и заголосила, как рыдают над самым близким человеком. Или как невеста над погибшим женихом. Неужели Миша ей что-то обещал? Нет, не стала Нинель еще настоящим агентом. Проявления чувств агенту непозволительны. Если господин Квицинский узнает, будет очень недоволен…
78
Открыла Вера так быстро, будто ждала под дверью. Лицо ее выражало тревогу.
– Где дядя Миша?
Ванзаров спросил разрешения пройти в гостиную.
В ней царил некоторый беспорядок: валялись стулья, подушки и кресла сброшены на ковер. Афина сидела на диване, забравшись с ногами, как женщина, которую испугала мышь.
– Родион Георгиевич, что происходит? – спросила она, поглядывая на сестру. – Что все это значит?
– Поясните мне, что тут случилось, возможно, у меня найдутся ответы, – сказал Ванзаров.
– Михаил Павлович ворвался к нам в страшном возбуждении, – начала Афина. – Никогда его таким не видела…
– Подумали было, что он пьян, но от него не пахло, – подхватила Вера.
– Он говорил, что все понял, ему открылись глаза, и теперь он всем докажет, что был прав, со всеми расплатится…
– Помянул, что Калиосто обещал разоблачить тайны, и тогда все будет кончено, – добавила сестра.
– Кричал: «Где это? Куда спрятали?..» Вел себя как полоумный… Обвинял нас в неблагодарности… Дошел до того, что оскорбил меня: якобы я нажилась на его горе… Стал расшвыривать мебель, побежал в кабинет Ионы Денисовича, потом в нашу спальню, в столовую, я слышала, что он выскочил на кухню, хлопнула дверь черной лестницы…
– Видели, куда Хованский направился? – обратился Ванзаров к Вере.
– По черной лестнице куда-то на верхние этажи…
– Пошли за ним?
– Зачем? – удивилась она. – Дядя Миша дорогу знает…
– Дверь на кухне заперли?"
"– Конечно, нет… Вдруг он пожелает вернуться… Будет еще в дверь колошматить…
– Господин Хованский обещал вернуться?
– Не оставаться же ему на лестнице? – спросила Вера в ответ. – Мы слышали крики с улицы… Что-то случилось?
– Нам показалось, сверху упало нечто большое, – сказала Афина.
– Мы с Верой заметили, будто тень мелькнула…
Умалчивать не так просто, как кажется. Ванзаров не мог сообщить, что мадам Иртемьева уже два дня как стала вдовой. Но держать в неведении о последнем событии смысла не имело.
– Господин Хованский спрыгнул с крыши, – сказал он.
Афина переглянулась с сестрой и не поверила.
– Что за странная шутка…
– К сожалению, это правда. Разбился насмерть.
