Серёжа Колокольцев втянул шею в плечи и опустил голову. Теперь я знала, что Серёже надо поскорее домой, где его ждала орава босых сестёр и братьев. Перед уроками я успела поговорить с директрисой, и она твёрдо пообещала раздобыть для Серёжи ордер на обувь и, если понадобится, выбить материальную помощь на покупку.
Я улыбнулась:
— Научу. Но заниматься дорожным движением будут те, кто делает уроки и старается учиться на хорошо и отлично. Договорились?
— Да! — единым выдохом пронеслось над классом.
— Ну, а раз так, садитесь, начинаем заниматься прямо сейчас.
— А у нас арифметика, — робко пискнул отличник Сева с первой парты.
— Я помню про арифметику, поэтому смотрите на доску и слушайте первое задание. Оно очень трудное и требует внимания и собранности: «Грузовики в первый день проехали 500 километров, во второй день 700 километров. На весь путь они затратили 20 часов. Сколько часов они были в пути каждый день, если ехали с одинаковой скоростью?»
Тишина в классе звенела и переливалась от усердия, с каким ученики принялись решать задачу на движение.
Я смотрела на их склонённые головы и представляла, что через несколько лет эти мальчики забудут, что значит бегать босиком по снегу, стоять в очередях, отоваривая карточки, просыпаться от холода, потому что стены в землянках зимой промерзают до инея. Но трудные годы, пока страна поднимается из руин, навсегда останутся в их памяти золотым временем детства с нехитрыми бедами и радостями, крепкой дружбой и соседской взаимовыручкой, скреплённой общими трудностями.
На то, как мы занимались правилами регулировки движения, с завистью глазела вся школа. Подтянулись даже старшеклассники из второй смены.
Сначала я разделила ребят на две группы, предложив стать грузовиками или легковушками. Одна группа «машин» курсировала в одном направлении, другая в другом, а я стояла с флажками и показывала, куда и кому ехать. В одну кучу мешались смех, визг, писк, гудение, изображавшее сигналы автомобиля.
Пару раз мы едва избегали аварий зазевавшихся «водителей».
— У-у-у-у, конфеты везу! Дорогу! — весело кричал Саша Амосов.
— А я танк, — низко загудел крохотный, от горшка два вершка, тихоня Лёша Кононов.
И все сразу захотели стать танками и самоходками.
Мне пришлось остановить движение, чтобы сформировать танковую колонну и пропустить её вперёд.
— А я «Скорая помощь»! — громко выкрикнул Коля Леонидов и посмотрел на меня, ожидая, как я отреагирую.
