— А? Что? — Он поднял на меня красные от усталости глаза и помотал головой:
— Тревога?
— Нет, не тревога, — я старалась говорить шёпотом, — там стучат.
— Ты что, Вязникова, рехнулась? Кто у тебя стучит?
— Не знаю кто, но у камина стучат.
Направленный на меня взгляд взводного годился для воспламенения вражеского танка.
— Ну, Вязникова, если тебе привиделось, то… — Его тон не обещал хорошего исхода.
Мы подошли камину, и я указала на стену:
— Здесь.
Минут десять мы переминались в ожидании звука, но слышали лишь сонное дыхание взвода и потрескивание углей в камине.
— Всё, Вязникова, за свои фантазии получишь наряд вне очереди! — яростно пообещал лейтенант. Он немного подумал. — Ладно, проверим на всякий случай второй этаж. Ступай за мной. Где, говоришь, слышала стук?
Карманный фонарик в руках лейтенанта высветил деревянные ступени лестницы с полосами засохшей грязи.
— Примерно здесь, — я кивком головы указала на распахнутую дверь в спальню с гигантской кроватью под бархатным балдахином.
Выразительно вздохнув, лейтенант обшарил спальню лучом фонарика и заглянул под кровать. Пусто и пыльно. Пятно света скользнуло по потолку и остановилось на полках книжного шкафа. На однотонных коричневых корешках, скорее всего фальшивых, яркими пятнами выделялись два жёлтых переплёта из тиснёной кожи. Не знаю, что вспыхнуло у меня в мозгу, наверное, вспомнились прочитанные исторические романы. Я шагнула к шкафу и одновременно надавила на жёлтые корешки. Раздался щелчок, очень похожий на звук компостера в руках контролера, и шкаф отъехал в сторону, приоткрывая тёмный проём потайного хода.
Я ахнула.
— Вязникова, беги, поднимай людей по тревоге. Все сюда. Да прихвати связку гранат на всякий случай.
— Не надо гранат! Мы свои, русские! — Из отверстия в стене на четвереньках выползла растрёпанная то ли девушка, то ли старушка — не понять, и кульком тряпья свалилась у наших ног. — Там ещё люди, — она говорила отрывисто, еле слышно. И простонала: — Пить.
Лейтенант выразительно глянул в мою сторону, и я метнулась вниз будить взвод.
Всего мы вывели из схрона восемь девушек, одна из них совсем худенькая и маленькая — совсем ребёнок."
"— Хозяева в замке не жили, — пояснила старшая Домна. — Здесь холодина, не протопить, вот они и обосновались неподалёку в фольварке. Там у них овцы, свиньи, курицы и мы, батраки. Нас угнали в сорок втором из Белоруссии и сразу раздали хозяевам. Везли нас в вагоне для скота и обходились как со скотиной.
