— Для меня ты вовсе не монстр. Мы оба с тобой чуды-юды. Я уважаю тех, кто не похож на остальных.
Кларенс отмахнулся — на кой ему уважение этого кото-парня, — но Джикс не отступал.
— Послушай, — сказал он. — Я почему-то уверен, что ты недаром стал таким. Тебе уготована особая участь. Не могу объяснить, я просто чую это, и можешь мне поверить — чутьё меня никогда не подводило. Ты спас множество людей и несмотря на это чувствуешь, что твоя миссия не завершена. А это значит, что тебе ещё предстоит свершить что-то выдающееся, достигнуть какой-то цели.
Вот я как думаю.
На обеих половинах лица Кларенса появилась улыбка, но не радостная, а горькая.
— Я тоже когда-то думал так же. Но опыт подсказывает: всё равно всё кончится провалом. Жаль тебя огорчать, но нет у меня никакой цели. И когда я наконец пройду по этому вашему туннелю к жемчужным вратам — или что там вместо них — я как следует вломлю Господу за то, что он не дал мне этой самой цели.
Джикс кивнул, принимая точку зрения Кларенса и не осуждая его.
— Вламывай, если находишь нужным. Но мне кажется, что когда ты попадёшь туда, его замысел станет для тебя гораздо понятнее.
В нескольких ярдах от них ягуар Джикса пошевелился, и Кларенс обратил к нему свой междумирный глаз.
— Ты лучше влезь обратно в эту тварь, пока она не проснулась и не сожрала меня.
* * *— Чичен-Ица! — воскликнула Алли. — Город Душ — это Чичен-Ица! И как я сама не догадалась, что чечевица тут ни при чём!
— Не пойду! — раскричался Майки. Все попытки утихомирить его кончались ничем.
Он кипел и бушевал, и, как всегда в подобных обстоятельствах, под воздействием гнева его тело трансформировалось самым причудливым образом: вырастали лишние руки-ноги, на лице выскакивали и лопались пузыри размером с мяч для гольфа и тому подобное. Майки, широкая натура, даже протестовал не только голосом, а всем телом. Устрашающее зрелище.
— Успокойся и лучше подумай! — вразумляла его Алли. — План Джикса — то, что надо. Ты не можешь отправиться туда, куда пойду я. И потом — со мной будет Кларенс.
..
— ...который сотрёт тебя с лица Земли одним кончиком пальца, — ощерился Майки.
— Значит, мне придётся быть осторожной. И не волнуйся ты так за меня! Ты за себя, за свою миссию волнуйся!
— Тоже мне ещё миссия! — огрызнулся Майки. — Не пойду я ни в какой дурацкий Город Душ и не стану пресмыкаться ни перед каким дурацким королём!
— Эй, послушай, — вмешался Ник. — Я тоже иду и не жалуюсь.
— Ты слишком глуп, чтобы жаловаться! — прорычал Майки.
