— Всё равно помирать, так хоть с музыкой.
У него было круглое лицо, усыпанное веснушками, и прозрачные глаза наивного ребёнка.
— Втроём не получится, сразу убьют, — возразил Ненашев. Он шёл тяжело, вразвалочку, как моряк, не успевший отвыкнуть от качки. — Но ты, паря, на всякий случай держись поблизости, — он сплюнул себе под ноги, — раз остальные такие пугливые.
— Не пугливые, а острожные, — буркнул Кирилл. — Зачем на верную смерть идти? Вот весной…
— Весной… — передразнил Ненашев, — до весны из нашей сотни десятка не останется.
Километрах в пяти от лагеря колонне приказали остановиться. Впереди лежало поле, заваленное крупными валунами, с макушек которых ветер смёл снег.
Рассыпавшись, конвоиры наставили на пленных автоматы.
— Шнель! — переминаясь с ноги на ногу, приказал ефрейтор с унылым выражением застарелого язвенника. Подняв руку, он двумя пальцами высморкался в снег.
— Куда шнель-то? — спросил кто-то из середины колонны.
Ефрейтор снова высморкался, на этот раз в платок, потом не торопясь раскурил сигарету.
Глубоко, так что запали щёки, сделал несколько жадных затяжек и ткнул пальцем в камни.
Длинную фразу на немецком перевёл один из пленных:
— Герр ефрейтор приказывает катить камни к лагерю. Несколько человек — один камень. Быстро за работу!
Не понимая, зачем катать валуны, пленные стали переглядываться, ища подвох. Подкрепляя приказ, один из фрицев дал очередь поверх голов. В морозном воздухе выстрелы протрещали особенно чётко. Где-то в глубине леса пронзительно каркнула ворона.
— Пошли, славяне, — сказал Ненашев, — стой не стой, а всё равно заставят.
Колонна распалась, и люди медленно двинулись на поле.
Увязая в снегу, за камень взялись втроём — Сергей, Ненашев и паренёк, назвавшийся Ваней. Гранитная поверхность холодом обжигала ладони. Камень не поддавался, и Сергей сразу вспотел от натуги. На миг распрямившись, он кинул короткий взгляд на поле, усеянное людьми. Облепив камни, они выглядели странно и дико.
«Сизифов труд, — подумал Сергей, — наверняка чтобы уморить нас непосильной работой».
Его давно перестала удивлять диавольская изобретательность фашистов в деле убийства. Напрягая плечи, он подтолкнул камень со своей стороны, заметив, что тот сдвинулся с места.
— Навались, ребята!
Несколько минут они пыхтели, пытаясь вырвать камень из мёрзлой земли.
Ваня робко спросил:
— Может, того, в кусты сигануть?
— По каменному полю далеко не ускачешь, — покачал головой Ненашев, — постараемся на обратной дороге рвануть.
