Оказывается, жена Олега Лариса повадилась чуть ли не каждый день бегать к Лёке, чтобы поговорить со своей умершей мамой. Леокадия не считала Лару вип-клиенткой, поэтому Юля в действе не участвовала (поскольку Тверская приходила в первой половине дня, когда Юля была в школе, девочка ничего не знала об этой клиентке).
Олег сначала заподозрил жену в измене. Ну как же, супруга через день куда-то укатывает, потом возвращается страшно счастливая, а с кредитки испаряются немалые деньги.
Решив расправиться с Ларисой, Олег приказал своей службе безопасности выяснить адрес и все данные бойфренда женушки. Бывшие фээсбешники не подвели. Через некоторое время доложили хозяину:
– Она ездит на Кирсарскую улицу, но не на любовные свидания. Она общается с прорицательницей, та вызывает дух ее матери.
Олег возмутился и нагрянул к Андрону (по счастью, Лёки в квартире не оказалось). Разборка была короткой – парни Тверского поломали мебель на кухне, приложили Андрона мордой о подоконник, и Олег сказал:
– Сваливай из Москвы.
Сам прослежу, чтоб ты убрался прочь. Сегодня мы тебя просто предупредили, пыль с ушей сдули. Если не послушаешься, получишь по полной.
Андрон перепугался до смерти, и через пару дней они с Леокадией уехали в Подмосковье. Избавлению Юли от отца предшествовал дикий скандал. Андрон велел дочери собирать вещи, но девочка уперлась.
– Мне надо школу закончить! – заявила она. – Хочу потом пойти учиться и работать. С чего бы мне в колхоз ехать?
Андрон отвесил дочери пощечину, но Юля заявила:
– А вот сейчас пойду в милицию и расскажу, чем вы тут занимаетесь. Все выложу, и про подвал, и про остальное.
Отец схватил ремень, но Лёка повисла на руке мужа.
– Не тронь ее.
– Заговор? – заревел Андрон. – Сейчас разберемся, кто тут главный!
И вдруг случилась невероятная вещь.
Лёка швырнула на пол чудом уцелевший от рук охраны Тверского чайник и прошипела:
– Кто главный? Да я! У кого дар? У меня. Кто с людьми работает! Я! Кто деньги зарабатывает? Я! Тебе лучше молчать, иначе от «Одуванчика» пух полетит. Кто мне велел в кафе идти? Отвечай! Обещал, что всех уведешь! Сказал: люди уйдут, я прослежу. Ага, как же… Я обо всем давно догадалась! Поэтому всю жизнь перед Юлей грех искупаю.
