Полрожка патронов, и Миша распрощался с рабством. Нормально.
— Кузнецов, — сказал Иван, когда они разместили бесчувственного Уберфюрера на баулах. — Вот тебе патроны, давай за едой. И чистой воды набери. Да… только без крысятины, хорошо? Обойдемся чем-нибудь попроще. Задача ясна?
— Понял, командир. — Кузнецов кивнул.
* * *Маленькая желтая сова стреляла пластиковыми глазами — вправо, влево. Тик-так, тик-так. Тик-так. На круглом ее животе стрелки показывали двадцать минут пятого. Рядом горела лампада.
Как Ивану объяснили, здесь для освещения использовали угрей. Они же электрические. В стеклянной трехлитровой банке, заткнутой крышкой с электродами, лежал гладкий черный угорь. Иногда он начинал метаться, дергаться — Иван видел синеватые разряды, когда угорь касался электродов. Забавная система.
На аккуратно застеленном топчане у стены лежала раскрытая книга. Иван задержал взгляд. Интересно, что читает такая девушка? «Кетополис: город китов», прочитал он. На обложке синий кит сталкивался с гигантским боевым кораблем.
Фигурки людей летели в воду.
— Про что это? — спросил Иван.
— Про Катастрофу, — сказала Лали.
— Как? — он вскинул голову.
— Не про нашу… там люди хотели уничтожить всех китов на свете. И им это почти удалось.
Да уж, подумал Иван. Это по нас сходить — кого-нибудь полностью уничтожить. Это без проблем. Хоть китов, хоть самих себя.
— Я видела, как твой друг дрался, — сказала Лали.
Иван кивнул, поднялся. Нужно проверить Уберфюрера и договориться о следующем пароме на Невский…
— Ты скоро уедешь, — сказала Лали негромко.
Акцент в ее правильной четкой речи вдруг стал заметней. — Ты скоро…
Иван молча смотрел на нее. Открыл было рот — она быстро выставила ладонь.
— Подожди, — сказала она. Глаза ее блеснули. — Ты должен мне сказать… Я знаю, что ты ответишь, но если не спрошу, то буду думать, что бы ты мне ответил… — она помолчала. — Долго буду думать.
Иван смотрел на ее губы. Он даже говорить сейчас не мог, в груди что застряло.
— Ты любишь ее? Ее зовут Таня, я слышала.
— Да, — сказал Иван. — Только я никогда ей…
— Не говори, — пальцы Лали прижалась к его губам. — Не говори, иначе кто-то подслушает и сделает так, чтобы это не исполнилось. Я знаю.
Иван стоял, чувствуя на губах ее горьковатый аромат. Он взял Лали за локоть, потянул на себя… отпустил.
— Ты красивая, — он взял ее ладонь и прижал себе к горящему лбу. Прохлада. От ее пальцев стало легче.
