Возражать сейчас – все равно, что дразнить зверя.
И в подлинности документа я и сама не уверена.
Но все сказанные мужем слова больно бьют в самое сердце.
Опять.
Ни слова о решении проблем.
И ни грамма раскаяния. Ничего такого.
Только угрозы, оскорбления и претензии.
А ещё условия.
Сегодня. Сейчас. Вынь и выложи ему меня.
И «меня» особо не спрашивают, хочет ли вернуться? Хочет пережить всё это снова?
Да с какой стати…
Это просто невозможно, особенно после того, как я узнала, что такое – нормальное человеческое отношение, пусть и ненадолго.
И вернуться к «принеси – подай» после этого… Да ещё и закрыть глаза на все унижения и оскорбления?
Ну нет.
Больше не хочу.
Интересно, как бы отнёсся Лёша к моей «оплате» долга Сергею?
Вот бы ему понравилась такая новость!
А я вдруг ловлю себя на мысли, что мне всё равно, что обо мне думает бывший.
Пока размышляю над ситуацией, муж что-то ещё высказывает в мой адрес нелицеприятное.
Но я уже не слушаю.
Просто пережидаю всю эту тираду, чтобы, выудив перерыв в гневных прениях, вставить одну только фразу:
- Прощай, Лёша.
Больше не звони мне.
Как-то легко получается отключиться и не обращать внимания на последующие один за одним звонки.
Минут через пятнадцать мой горе-супруг успокаивается, но я понимаю, что это лишь затишье перед бурей.
Мне ещё предстоит выслушать ряд нелестных речей в свой адрес от свекрови, объясниться с мамой и Сашкой.
Утаить мой скоропостижный развод вряд ли получится. Я уверена, новость к ним уже на полпути.
И вопреки всем нормальным реакциям на неожиданный поворот событий, мне, вместо мыслей о том, как я буду оправдываться перед родственниками, сейчас почему-то хочется сделать абсолютно другое.
Это точно признак шизофрении – благодарить своего врага, пусть даже за нехилую «гуманитарную помощь».
Но я вновь отмахиваюсь от внутреннего «психиатра» и дрожащими пальцами набираю сообщение.
Несколько коротких фраз, без пафоса и по делу.
Надеюсь не слишком нагло.
А, и всё равно.
«Спасибо за помощь.
Есть вопросы по поводу сделки. Можем обсудить?»
Я не получаю ответа на своё послание.
Ни через час, ни через три.
Щемящая тишина, хотя сообщение точно доставлено.
До вечера я стараюсь не заглядывать в телефон каждые пять минут и корю себя за то, что помимо воли чувствую разочарование.
В мои мысли, раз от раза, врывается Даниил. Какими-то набегами, внезапно и непрошено.
За ту неделю, что мы не виделись, чувства к нему приобрели какие-то необъяснимые очертания.
