Машег уже несколько лет служил Свенельду, поскольку был воином из рода воинов, в …надцатом поколении, и не воевать не мог. Хузарский же хакан Йосып своих воинов не жаловал. Предпочитал по-ромейски нанимать за золото чужеземцев, которым доверял больше. Машег служил Свенельду, оваряжился, но всё равно считал себя именно хузарином и никак не мог привыкнуть к тому, что княжья русь и печенеги так потеснили его народ. А ведь совсем недавно Хузарский хаканат держал под собой и всю землю от Волги до берегов Греческого моря, и Сурожское море, и Степь – до самого Днепра.
И те же поляне безропотно платили им дань… Потом с востока пришел хан Бече [10], с запада – варяги…
– Поедем трактом,– подумав, решил Духарев.
– Машег,– через некоторое время спросил хузарина Понятко,– а печенеги – они каким богам кланяются?
– Те, что там,– Машег махнул рукой,– в Аллу верят. И в Мохаммеда-пророка. Хоть ложно верят, так хоть в Бога истинного. А те, что у нас, у тех вера черная, в демонов.
– Машег скривился и сделал отвращающий жест.– Они своих демонов человечьей кровью кормят[11].
Понятко кивнул. Одобрительно кивнул, поскольку, как любой варяг, покровителем считал Перуна, а Перун кровушку человечью тоже очень одобряет.
Хузарин скривился еще больше, поглядел на Духарева, словно ища поддержки, но Сергей о специфике печенежской веры понятия не имел, что же касается жертвоприношений, то тех же пленных так и так прирезать пришлось бы. И если при этом кто-то хочет возглашать: «Тебе, Перун, воин Небесный», – то пусть возглашает.
Хотя если Перун действительно воин, а не мясник, то ему должны быть больше по вкусу битвы, а не казни.
Не дождавшись поддержки, Машег махнул рукой, пихнул коня пятками и умчался.
Глава одиннадцатая,
особая, в которой повествуется о том, как Духарев с Устахом прошлой осенью
славно потрудились в княжествеЧерниговском, и еще кое о чем весьма замечательном
На дороге пустили коней рысью. По голой земле идти легче, чем по разнотравью.
Сменили сторожевые разъезды. Духарев верхом на заводной, прихватив Пепла, сам поехал в дозор. Обогнав отряд шагов на семьсот, оглянулся. Издали казалось – варягов много. Над дорогой поднималось густое желтое облако пыли. Такое заметно издалека – это минус. Зато за пылью сразу не разглядишь, что лишь на десятке лошадей – наездники.
Сергей потянулся к фляжке, промочил горло. Встряхнул, определяя, сколько осталось.
