Где ты был полгода назад, когда мы поднимали эту тему? Пришел бы и сказал: это мое, я сам буду делать? Почему не пришел?
– Не твое дело!
– Да ну? А я тебе скажу! Потому что сами бы вы шиш с маслом подняли бы!
– Значит, ты платить не будешь? – злобно прошипел татуированный.
– Я тебе сказал: это мои деньги! – с холодной яростью ответил Духарев.– Хочешь пятьдесят штук – иди и заработай!
– Нет, я этому лоху сейчас все мозги вышибу! – заорал тот, что сидел на столе, выхватывая ствол и размахивая им у Духарева перед носом.
Серега брезгливо отпихнул ствол.
– Сейчас,– буркнул он.– Прямо из лицензированного ствола.
– Он меня не знает! – злобно процедил обладатель пистолета. Но размахивать оружием перестал.
– Не пятьдесят,– уточнил татуированный.– Шестьдесят восемь. Через неделю. Но можно – раньше. Лучше – раньше.
– А за базар? – возмутился тот, что на столе.– За базар еще пять штук!
Духарев встал. Теперь уже он возвышался над всеми.
– А ну слезь со стола! – скомандовал он.– И спрячь волыну, пока не бабахнула.
Бандит слез со стола, сунул пистолет в кобуру… и вдруг схватил компьютерный блок и швырнул на пол. Монитор щелкнул и погас.
Бандит с вызовом поглядел на Духарева, Духарев ухмыльнулся.
– Арендовано,– сказал он.– И застраховано. Всё. Так что бомбы кидать не надо: не мое имущество. Вам пришлют счет. – Сергей с вызовом поглядел на того, что в углу. Зеркальные слепые очки раздражали.
– Лучше бы вам от меня отстать,– сказал Духарев.– Денег все равно не будет, а проблемы будут, это я обещаю!
Человек в зеркальных очках медленно поднялся.
На нем был дорогой, отлично сшитый костюм и со вкусом подобранный галстук. Но лицо того красноватого оттенка, какой появляется у бомжей к началу лета.
– Нет, господин бизнесмен,– сказал он.– Я от тебя не отстану.
И снял очки.
И Серега ощутил холодок страха. Впервые за весь этот диковатый сон.
У человека в отлично сшитом костюме было лицо Албатана.
Глава тридцать седьмая
Ловушка
Сергей проснулся. Сна – как не бывало. Вокруг шумно паслись кони, скрежетали цикады, ухала какая-то птица.
«Тиха украинская ночь…» – вспомнились слова классика. Значит, тиха. Ну-ну…
Духарев прижал ухо к земле. Земля молчала. Это хорошо. Серега пошарил рядом: меч на месте. Это тоже хорошо. А что плохо?
У груды тюков шевельнулся темный силуэт Машега.
– Спи, рано еще,– шепотом произнес хузарин.
– Спи ты,– прошептал в ответ Сергей.– Я покараулю, выспался.
Хузарин не заставил себя уговаривать: развернул войлок и тут же отрубился.
