Тогда Тиберий Клавдий Нерон объявил голодовку. Думаю, что это была не голодовка, а предусмотрительность — отказ есть то, что готовили повара под присмотром его жены. После чего ему разрешили удалиться на остров Родос, взяв с собой только близких друзей. Жена осталась в Риме.
Когда я приехал в столицу и заглянул к Квинту Амбросию, тот сообщил:
— Яд больше не нужен.
— Жаль! — притворно огорчился я. — Мне бы не помешали три сотни ауреусов.
— Может, позже потребуется, так что держи ингредиенты наготове, — посоветовал он.
Они всегда наготове, но не для всех.
Глава 80
Сын вернулся из Иллирика в июне следующего года. Не спешил, потому что понравилась военная служба. Приехал для того, чтобы я помог перевестись в какой-нибудь легион, воюющий с германцами. Ему хотелось подвигов.
— Сперва женись и произведи наследника. Если к тому времени не передумаешь, я похлопочу перед Цезарем Августом, чтобы назначил тебя в легион, который участвует в боевых действиях, — пообещал я.
Видимо, пацану не терпелось отравиться на службу, потому что невесту нашел быстро.
Я отправил его забрать деньги в первой моей инсуле для среднего класса. Там он и познакомился с Валерией Манлией из обедневшего патрицианского рода. Ее родители снимали квартиру на втором этаже. Отец служил в Монетном дворе. Видимо, втихаря выносил продукцию предприятия, потому что аренда стоила немало. Сперва сын представил свою избранницу мне. Догадывался, что его ждет за самостоятельный выбор жены. Флавия уже подобрала ему другую из богатого плебейского рода, за которой давали виллу по пути в Неаполь, но ближе к Риму.
Мне Валерия Манлия понравилась. Она выросла в инсуле, пусть и для среднего класса, где более трезво оценивают свое социальное положение, чем обитатели домусов, пусть и маленьких. Я познакомился с ее отцом Титом Манлием, степенным плотным мужиком сорока одного года с нетипичным для римлян носом-картошкой, и матерью, сухощавой и с типичным римским клювом, которая на год моложе мужа. Несмотря на разную внешность, они казались похожими, как случается, когда долго живут душа в душу.
— Никто из твоих родственников не служил в Африке в армии Гая Мария? — поинтересовался я, потому что помнил легата с таким именем.
— Мой дед командовал легионом во время войны с Югуртой, — ответил он. — Ты слышал о нем?
— Кто-то мне рассказывал, не помню, кто, как его дед служил под командованием твоего деда, — соврал я.
— К сожалению, за дочерью мы можем дать всего двадцать тысяч сестерциев.
