Мардин устраивал засады и без потерь уничтожал римлян и их пособников. Изредка грабил небольшие поселения других племен, благодаря чему у нас было много помощников-осведомителей. Они предоставили полный список населенных пунктов, которые поддерживают Мардина. Наверняка добавили и невиновных, но это уже было неважно. Чем больше сейчас накажем правых и виноватых, тем меньше в будущем появится последних. Да и в любой войне больше всего страдают те, кто к развязыванию и участию в ней не имел никакого отношения.
"
"Я затребовал из Одиннадцатого легиона когорту легионеров-ауксилариев, пять турм конницы, центурию критских сагиттариев (лучников) и всех молодых оболтусов, прикрепленных к нему. Пусть узнают на собственной шкуре, почем они — воинские подвиги. Район боевых действий находился в скалистой известняковой местности, где средневысокие нагорья пересекают глыбовые хребты и ущелья, пробитые речушками, много пещер. Прекрасных мест для засады валом. Спрятаться небольшому отряду тоже есть где.
Так что гоняться за Мардином смысла не было. Пусть он ищет боя с нами. Мы в свою очередь сделаем его токсичным для местного населения. Это несложно.
Обычно мы выдвигаемся рано утром, по холодку. Впереди разведка, конная и пешая из сагиттариев. У критян, кроме среднего сложного лука, из оружия только небольшой топорик и маленький круглый щит, сплетенный из лозы и обтянутый разрисованной кожей, которые на переходе носят на спине. Не обремененные тяжелой ношей, они легко взбираются на склоны, обследуют на предмет засад и сторожат там, обеспечивая безопасность остальным воинам отряда.
С ними несколько собак, привезенных с родины. Это что-то среднее между гончей и ищейкой. Морда узкая, ноги длинные, из-за чего без головы и шеи как бы вписывается в квадрат. Хвост кольцом кверху, как у лайки. Масть от белой до кремовой. У них хороший нюх. Прекрасные охотники и сторожа. Мне пообещали подогнать пару щенков, когда будут.
В среднем часа через три мы выходим к деревне из «черного списка».
Жителей, кроме стариков, там нет. Остаток дня мои подчиненные разрушают дома и строят из бревен и камней небольшой каструм, чтобы переночевать в относительной безопасности. Утром поджигаем все, что горит и движемся к следующей деревне, сказав немощным старикам, оставшимся на руинах, что это расплата за помощь Мардину. В те несколько деревень, которые значатся нейтральными, не заходим.
