Свои высокого качества я берегу для особых случаев. Надеваю тетиву на лук, натягиваю пару раз, слушая тихое потрескивание плеч, словно бурчат недовольно. Сегодня у них будет много работы. Щит закидываю за спину. Пику оставил солдату из обозных, выделенному мне в помощники.
Готовым к бою всадникам объясняю их задачи. Три турмы копейщиков перекроют дорогу, по которой мы въехали в долину, чтобы никто не смог ее покинуть, а потом по моей команде подключатся к бою. Сагиттарии под моим командованием поскачут к вражескому лагерю.
— Будем обстреливать их из луков, пока не погонятся за нами. Закончатся стрелы, съездим еще возьмем. Мы обязаны выманить их из укрепления, вытянуть за собой на нашу пехоту. В рукопашный бой не вступать. Скачите сюда, занимайте места позади когорты и обстреливайте, пока не побегут, — проинструктировал я на греческом языке и добавил весело: — Что делать дальше, вы сами знаете!
— Да, знаем! — дружно заорали сагиттарии.
Легионеры и пешие лучники не видели меня безмятежно спящим, поэтому выходили из мини-каструма с кислыми лицами.
Не знаю, что именно сказали им отцы-командиры, но явно что-то необнадеживающее. Они вышли последними, если не считать обозных, которые остались охранять укрепление.
— В каком порядке будем атаковать? — спросил меня Децим Клавдий Друз, пытаясь смотреть сверху вниз, хотя его голова находилась лишь немного выше моей задницы.
— Ни в каком, — ответил я. — Вы будете стоять и ждать, когда веннонеты прибегут сюда.
— А они прибегут⁈ — насмешливо молвил он.
— Мы их заставим, — пообещал я. — А пока построй легионеров в нижней части склона в три шеренги, а лучников размести позади в одну.
— Положено строиться в десять шеренг, — напомнил пасынок императора.
— Правила пишут победители, и мы с тобой сегодня докажем это, — пообещал я, после чего приказал: — Построй легионеров. Они должны быть уверены, что ты не сомневаешься в победе.
Задача была трудновыполнимая, потому что Децим Клавдий Друз не верил ни в меня, ни в то, что одолеем веннонетов.
Спорить он не решился, чтобы не быть обвиненным в трусости. Приказы отдавал четко, на недоуменные вопросы отвечал коротко и грубо.
.Я остановил коня метрах в пятнадцати от первой шеренги легионеров, которые тихо и недовольно переговаривались, возмущаясь по поводу необычного построения.
— Сейчас я поеду с сагиттариями к вражескому стану и буду дергать их за усы и бороды до тех пор, пока не разозлятся и не погонятся за нами, — начал я на латыни.
