Какую на кого — решу завтра после боя. Теперь я просто обязан победить, иначе эти вот соратнички убьют меня без колебаний.
Отдав кубок рабу, я вышел из шатра, направился к своему импровизированному ложу за пределами мини-каструма, рядом с тем местом, где расположились семь турм сагиттариев и три турмы всадников-копейщиков. Не только потому, что у меня с ними хорошие отношения, а еще они пасли и моего коня. Да и суеты здесь меньше.
Ко мне подошел Гермоген, командир турмы, с которой я устроил засаду отряду веннонетов, и тихо на греческом языке заверил:
— Если что, мы, все десять турм, будем на твоей стороне.
— Спасибо, но пока все в порядке, — поблагодарил я. — Отдыхайте, завтра будет трудный день,
Как ни странно, заснул сразу. Знал, что со мной, в отличие от остальных членов отряда, ничего страшного не случится. При любом раскладе я выберусь из этой эпохи и случится это не в ближайшие дни и даже месяцы. Снилась эротика — женщина с телом Марсии Гегании, но лицо было другое, красивее. Где-то когда-то я, вроде бы, встречал ее.
Так и не вспомнил, кто это."
"Проснулся от лошадиного всхрапывания. Животных привели с пастбища, а значит, сейчас воины будут завтракать. Обычно я просыпаюсь раньше и успеваю умыться. Никто не решился разбудить меня. Наверное, мой вид внушал им веру в победу: так спокойно может спать только тот, кто не сомневается в ней.
Вечером я подстрелил в горах серну-самца весом килограмм пятьдесят, отдал его сагиттариям, чтобы приготовили для себя и меня. Мне принесли оставленный на утро, холодный кусок запеченного мяса.
Умял его с черствой ячменной лепешкой, испеченной полтора суток назад в последней разрушенной нами деревне. После чего облачился свои доспехи, только шлем пока повесил на переднюю луку седла. Римлянам и аукселариям наплел, что изготовлены в Индии из кожи крокуты, обработанной каким-то специальным раствором, сделавшим их непробиваемой. Мне верят. В неведомых нам краях могут твориться самые удивительные вещи.
Оседлав коня, прикрепил справа за седлом два и позади него на крупе третий кожаный мешка с легкими стрелами костяным острием вверх, по сорок штук в каждом.
Пятьдесят тысяч их выделил Тиберий Клавдий Нерон, как расходный материал, взяв из арсенала города Комус. Горожане еще наделают. Мы ведь для них стараемся. Запасные везли мулы, связанными в пучки по сто двадцать штук. Сейчас их выгрузили, разложили партиями по тридцать-сорок штук, чтобы пешие и конные лучники могли быстро наполнять колчаны.
