— Я так и подумал, что это ты! Были еще сомнения, но когда ты не стал их убивать, понял, что только ты мог так поступить! — радостно объявил Октавиан Август и задал вопрос, ради ответа на который, как догадываюсь, и пришел сюда: — Почему ты не убил их?
— Чтобы в следующих боях не боялись сдаваться мне, — дал я более-менее понятное объяснение, потому что в слова об уважении к человеческой жизни в эпоху, когда стоит она дешевле плевка, все равно не поверят.
— Логично, — сделал вывод император.
Люди, которые часто повторяют это слово, не дружат с логикой.
— Я поставил на тебя десять тысяч сестерциев и выиграл! — похвастался он. — Раздам эти деньги нищим!
Октавиан Август азартен до безобразия. По слухам, он вручает гостям по сотне или больше сестерциев и заставляет играть с ним в кости и другие игры, а потом еще и выигрыш раздает, чтобы продолжали. Жаль, не знаю, как устроен «однорукий бандит», а то бы изготовил и продал ему, чтобы не терроризировал гостей.
— Во время следующего боя тоже поставлю на тебя.
Не подведи! — попросил он.
— Он будет не скоро. Я решил сделать перерыв, — уведомил его. — Подался в гладиаторы, чтобы было на что дожидаться твоего возвращения. Твой верный пес Мамерк Эмилий отказался выдавать мне деньги, пока не получит приказ лично от тебя.
— Если бы ты знал, как меня достал этот зануда! — пожаловался император. — Завтра получишь. Сверху добавлю набежавшие проценты — половину суммы, нет, еще столько же в благодарность за совет не пить сапу. Ты знаешь, я сразу почувствовал себя намного лучше.
Теперь реже болею, хотя жуткие сны все еще со мной."
"Слушать о чужих болезнях — призывать их на себя, поэтому я поменял тему разговора, произнеся шутливо:
— Тогда у меня будет денежный ценз, позволяющий стать всадником!
— Кто, как ни ты, достоин его! — словно услышал что-то очень умное, воскликнул он и задал вопрос: — Не передумал, не хочешь поступить в мою личную охрану?
— Нет, — твердо отказался я и объяснил шутливо: — Не умею спать на посту!
Октавиан Август засмеялся и позволил:
— Ладно, занимайся, чем хочешь!
Остальные не поняли, что я имел в виду, но Марка Випсания Агриппу сразу попустило.
Видимо, не любит, когда влиятельный друг оказывает кому-то больше внимания, чем ему.
К императору протиснулся секретарь Юлий Марат и что-то прошептал на ухо.
— Мне пора. Я постоянно кому-то нужен. Удивляюсь, как справлялись, пока был в Испании! — произнес Октавиан Август и напомнил: — Приходи завтра в казначейство, забирай свои деньги.
