При подписании контракта, что становлюсь гладиатором, изгоем из мира живых, я предупредил Луция Дуилия, что находиться в этом статусе буду до возвращения императора. Дальше у меня будет возможность заниматься более интересными делами.
Узнав о приезде Октавиана Августа, мунерарий спросил встревожено:
— Мне отменить твой поединок?
— Нет. Раз уж договорились, сражусь, но это будет заключительный бой, — ответил я и добавил на всякий случай: — Надеюсь.
За деньгами тоже решил пойти после выступления, иначе пропадет желание выходить на арену.
В первый день я сидел дома. Не люблю смотреть, как убивают животных ради развлечения. Они так не поступают, потому что в животных человечного больше, чем в людях. Отправил Флавию, дав ей только сто сестерциев на ставки. Она очень азартна. У меня появилось подозрение, что это не муж промотал ее приданое, а всё было наоборот, поэтому бедолага и выбрал такой экзотический способ самоубийства.
"
"Город в это время пустел. Улицы превращались в прямо таки кадры из постапокалипсиса. По брусчатым мостовым бродили только собаки, кошки, свиньи. Изредка какая-нибудь отбитая крыса шустро перебегала с одной стороны на другую. В амфитеатр все не могли влезть. Может быть, стояли возле него и слушали на халяву, домысливая происходящее на арене. Мне, пожившему в те времена, когда зрелищ на любой вкус будет на порядки больше, чем желающих смотреть, так же трудно понять римлян, как им — мое нежелание смотреть избиение животных.
Вернувшись с представления, Флавия до отбоя делилась впечатлениями. С хронометражем у нее проблемы, зато помнила все мельчайшие подробности, включая, кто из людей был во что одет и какой масти было животное, какие звуки издавало, умирая. Последнее заводило ее больше всего. Начало ночи мы, на радость соседям, провели бурно. Кто-то из нас двоих был гладиатором, а кто-то — не буду показывать пальцем — бедным животным.
Утром, собираясь к родителям, чтобы вместе с ними отправиться в амфитеатр, Флавия предупредила:
— Папа и мама решили поставить на тебя тысячу сестерциев.
В прошлый раз расщедрились всего на сотню и выиграли восемнадцать. Судя по сегодняшней ставке, халява прижилась. Если проиграю, лучше мне умереть на арене.
День был холодный, ветреный.
