– Ну, если бы у меня все же спросили, я бы выбрал жить в семье, не знаю, повара, а не адвоката.
– Грубо.
– Как есть, – ледяным тоном отзывается.
– А почему ты пошел тогда на юридический?
Аверин не отвечает. Закрылся настолько, что вижу толстую броню на нем и строящуюся стену между нами.
Он, получается, ни с кем и никогда не обсуждал… себя.
Сейчас захотелось узнать о нем больше. Не ориентироваться на слухи, а спросить самого Стаса, чтобы ответил, поделился.
– Как давно ты занимаешься карате? – пробую перевести тему.
– Давно, – коротко и емко.
– Семья, наверное, гордится тобой."
"И снова молчание обхватывает тонкую шею душной веревкой. Ерзаю на сиденье, так и не найдя удобное место. Я кажусь себе сейчас лишней в этой машине. Аверину и так хорошо, без постороннего. Сидит, молчит, на дорогу смотрит, на меня не обращает внимания.
– Понятно. Семья для тебя запретная тема, – утверждаю, не спрашиваю.
– Если не возражаешь, – язвительно отвечает.
Аверин доезжает до какого-то кафе, где мы заказываем пирожное и кофе.
Я съедаю и свою порцию, и Стаса. И постоянно о чем-то трещу. Мажор лишь иногда вставляет свою реплику, но эти два часа наглый Аверин превратился в молчаливого и грустного парня.
– О, вон и папа стоит, – говорю, когда Аверин привез меня к прокуратуре, – мне пора.
– Ну, пока, Лисица.
– Мы договорились, – прищуриваюсь.
Стас молчит. Потому что никто и никогда не заставит мажора играть по чужим правила.
Вмиг грустнею. Хорошее настроение улетучивается. А ведь я просила всего лишь звать меня по имени.
Это же такая малость.
– Эй, достаточно, что я знаю твое имя.
Смотрю в темные глаза, покрытые незнакомым мне туманом, и отворачиваюсь.
– Саша, – окликает, и я тут же поворачиваюсь. По телу легкая рябь прошлась, – мне хотелось стереть с твоих губ чужой поцелуй.
Качаю головой и хлопаю дверью.
Вот придурок. Он даже не знает, что никакого поцелуя с Рамом и не было.
– Кто это был? – строго спрашивает отец, а мажор уже скрылся с места.
– Стас. Стас Аверин.
– Аверин? – папа поворачивает голову ко мне и впивается взглядом похлеще вампира в сонную артерию.
Даже сделать вдох не получается.
Неуютно становится. Холодно, противно и мерзко.
– Ну да.
– Если его отец Аверин Андрей Витальевич, держись от этого Стаса подальше. Поняла?
– П-почему? – все внутренности покрываются корочкой льда.
– Потому что… яблоко от яблони, Саша, – размыто отвечает и подталкивает меня к массивной двери. А я еле переставляю ноги.
Глава 9 . Саша
Глава 9 .
