Завожу мотор и выезжаю на дорогу с пробуксовкой. Мчу, вдавливаю педаль практически в пол. А успокоиться не могу.
На такой скорости доезжаю до дома лисицы в одно мгновение. Хватаю телефон и пишу этой рыжей сучке.
«Спускайся, лисица. Есть разговор».
Поиграть она вздумала со мной?
Что ж, посмотрим, кто кого обыграет.
Глава 7. Стас
Глава 7. Стас
Неужели лисица и правда его поцеловала? Она же влюблена в меня, дура. А влюбленные девчонки не целуются с другими парнями.
Стас.
Лисица спускается по ступеням медленно, нехотя.
А меня выворачивает от ее медлительности. Вены в раскаленные железные прутья превращаются и с шипением следы на всех органах оставляют.
Я чувствую, как напрягаюсь всем телом, как натягиваются сухожилия, как трещат нервы. А царица, блядь, не спешит. Вышагивает.
– О чем хотел поговорить? – тихо спрашивает.
Взгляд опущен, либо смотрит по сторонам. На ней какая-то тонкая куртка, не по погоде, сапожки на каблуках. Значит, все-таки наряжалась.
Губы только не накрасила.
Она, вообще, их не красит.
И почему я это помню?
Волнуется, но ведет себя уверенно. И ей любопытно, ох как любопытно, зачем я здесь.
Лисица делает рваный вдох и все же поднимает взгляд и встречается со мной. В нем я читаю вызов. Такой яркий, обжигающий все чувства. Колотить начинает.
Только сейчас понимаю, что стою в одной футболке. Куртка осталась в машине. Кожа становится гусиной от сильного и холодного ветра. А внутри печет как в полдень где-то на просторах Сахары.
– Ближе подойди, – также тихо ей отвечаю.
В голосе непробиваемая сталь, которая и меня-то пугает.
Девчонка свела брови и смотрит в ожидании, будто на крик сейчас сорвусь.
Протягиваю ей руку. Хочу, чтобы вложила свою ладонь.
Лисица с подозрением косится на нее, приоткрывает свой пухленький ротик и, прикусывает нижнюю губу. Так аккуратно. Вроде как с граммом флирта, но это не тот навязчивый флирт, что у официантки из кальянной.
У Лисицы он какой-то другой.
– И что ты собрался делать?
Рычу.
Сам хватаю за тонкую руку и вбиваю ее тело в свое с глухим выдохом. Горячее дыхание девчонки касается моей ключицы.
– Ты совсем офигел, Аверин? Думаешь, если нравишься мне…
К черту!
Фиксирую ее голову и впиваюсь в сладкий ротик. Ее слова лишние, когда губы дрожат, как нужно стереть следы Рама с ее кожи.
Лисица что-то промычала невнятное, а я смог без преград проникнуть языком. Вкус апельсина – откуда она его только берет – и мяты.
