В общем, он подготовлял свой фокус!
Соседи оборачивались, улыбались, ведь эти слова разносились чуть не по всему залу.
— Мари!.. — взывал Рамюэль.
— Так ты, значит, мне во всем отказывал, а сам потихоньку копил денежки и готовился удрать… Улепетнул бы, и тогда ищи–свищи ветра в поле!.. А меня бросил бы одну в квартире, за которую, может быть, и не заплачено… Ну нет, шалишь, миленький!.. Два раза ты уже пытался бросить меня, но ведь тебе прекрасно известно, что твой трюк не удался… Вы уверены, господин комиссар, что здесь не замешана какая–нибудь красотка?
— Простите, господин комиссар, не лучше ли нам продолжить этот разговор где–нибудь в другом месте?.
.
— Ах, нет! Нет! — вздохнул Мегрэ. — Погодите, я хотел бы… Официант!.. Что там у вас на этой тачке?..
И он указал на проезжавшую между столиками серебряную тележку с блюдом под выпуклой крышкой.
— Бараний бок…
— Прекрасно! Дайте–ка мне ломтик… Возьмите немножко бараньего бока, Люка… И жареного картофеля дайте мне, официант…
— Унесите эту лангусту… Она совсем несвежая, — заговорила подруга Рамюэля… — Дайте мне то же самое, что и комиссару… Так, значит, мой–то мерзавец откладывал денежки, а я и знать ничего не знала…
Несчастная была так взволнована, что ей пришлось подправить свой грим, и она принялась за это, встряхивая под скатертью пуховкой, пропиленной пудрой сомнительного розового цвета.
Чувствовалось, что под столом происходит какая–то неожиданная возня: Рамюэль тихонько толкал ногой Мари Делижар, чтобы она замолчала, а она, не желая понимать этих знаков, яростно молотила его ногу своим каблуком.
— Ну погоди, негодяй!.. Я тебе отплачу…
— Да вот увидишь, сейчас все выяснится… Я не знаю, откуда комиссар взял…
— Да, да, вы уверены, комиссар? Вы не ошибаетесь? А то мы знаем, какие поклепы возводит ваш брат. Когда полиция ничего разведать не может и садится в лужу, вы невесть что сочиняете, чтобы запутать людей… Может, все это брехня?..
Мегрэ посмотрел на часы: было половина десятого.
Он подмигнул Люка, и на того вдруг напал кашель.
Затем Мегрэ наклонился к Рамюэлю и его спутнице, как будто хотел что–то сказать им по секрету:
— Не шевелитесь, Рамюэль… Не поднимайте скандала, это нисколько вам не поможет… Ваш сосед справа — наш человек. А бригадир Люка следит за вами с двенадцати часов дня, он–то мне и сообщил по телефону, что вы здесь…
— Что это значит? — пролепетала Мари Делижар.
