Той, что уже где-то рождается среди осыпей разрушенных древних скал Байкальского и Северо-Муйского хребтов, что затем прорежет неприступный Кадар, пройдет через Яблоневый и Становой хребты и уйдет к Дуссе-Алиню… На ее пути будет много бурных и коварных рек – Киренга, Витим, Олекма, Нюкжа, Зея, Селемджа, Буря, Амгунь, – которые попытаются остановить этот бешеный ход времени, прервать мучительную поступь магистрали, идущей к своей конечной, однако покуда еще скрывающейся в тумане неясных государственных перспектив цели.
Все будет на пути – и эти суровые реки, и эти хребты, и эти россыпи каменных глыб в долинах, и нескончаемые топи, и таежные дебри… Осилит ли все это человек? И если осилит, то какой ценой? И главное – ради чего?..
2
– Да, вот тебе в помощь солдата даю… – прерывая мысли Грачевского, указал майор на стоящего рядом с ним бойца. Его Володька еще в вертолете приметил – сразу понял, что пополнение. – Человек он, как сам говорит, бывалый – в тайге жил… И образование у него подходящее… Кто ты там по специальности? – обратился он к парню.
– Горный мастер… – ответил тот.
– Во, видал? – говорит Ходенко. – Этот ни какой-то там сопля-мотля – уже кое-что знает о жизни. Так что живите дружно. А мне пора – солнце уже садится. Ну, не пуха! – С этими словами он крепко пожал Володькину руку. – Держись, боец! И вы тоже… – кивнул он стоящим здесь же Рудику и тому, новенькому. – А мы вас там не забудем… Ждите… В общем, скоро здесь такое начнется!..
Майор ушел, и вскоре вертолеты, подняв грохот и вихрь и распугав всю здешнюю дичь, взмыли ввысь.
Проследив за ними взглядом, Грачевский вздохнул и перевел взгляд на новенького.
– Все, улетел… – глухо проговорил он. – Ну что, будем знакомиться? – протянул он руку парню. – Грачевский…
– Между прочим, старшина нашего отряда, – закуривая сигарету, пояснил Старков. – Как говорится, прошу любить и жаловать… Впрочем, любить его не обязательно, а вот жаловать придется.
– Да ладно тебе!.. – поморщился Грачевский. – Тебя-то как зовут?
– Серегин я… Дмитрий Серегин… А можно и просто – Димка.
А еще лучше Димыч – так меня жена зовет, – сказал тот и осклабился.
– Так ты уже и женат? – удивился Рудик. – Ну даешь, мужик! И детки, наверное, есть?
– Никак нет, товарищ сержант! – увидав на его плечах лычки, произнес он.
– Будут еще детки… – почему-то вспомнив вдруг Эльгу, украдкой вздохнул Володька. – Кстати, познакомься… Это сержант Старков, – указывает он на товарища. – Пойдешь в его бригаду.
