А раз так, значит, не от безденежья господин Якоб забрался в самую заброшенную дыру этого города и сидит там, не показывая и носа на улицу. И неспроста он гоняет служанку за провизией, запрещая ей говорить с другими о его делах и о том, что она видит в его доме…
Алхимик! Долгое время бившийся над какой-то книгой, каждый день проводивший опыты, а затем показавший своей служанке груду слитков…
Этого не может быть.
– Чего не может быть?
Молли робко заглядывала мне в глаза, еще опасаясь моей кары. Оказывается, я произнес вслух то, что пришло мне в голову.
– Ничего… – пробормотал я, весь во власти своих мыслей. – Подожди здесь, не уходи пока.
Молли принялась одеваться, а я встал и подошел к окну. Не может быть! Неужели мне так невероятно, сказочно повезло? Неужели в этом городе, наводненном мошенниками всех мастей и дураками, что еще хуже мошенников, мне попался человек, действительно нашедший способ превращать камни в золото?!
Нет, немыслимо! Ртуть, медь, серебро – да, но камни?! Кто слышал о таком?! Лишь в сказках для детей случается, что колдуны делятся этим секретом с каким-нибудь счастливчиком.
Но ведь Молли видела золото…
Подумав об этом, я обернулся к служанке и приказал ей спуститься со мной в подземелье.
Молли повиновалась. В молчании мы спустились вниз, и там я выложил перед ней несколько брусков, иные из которых были так искорежены, словно попали в лапы чудовищу и оно измяло их. Часть брусков поблескивала, другая же была ровного желтого цвета.
– Посмотри и скажи, есть ли здесь золото, – велел я.
Латунь, а еще сплав меди, цинка и олова, и еще кое-что, способное ввести в заблуждение и куда более сведущего человека, чем неграмотная служанка… Но Молли, к моему изумлению, уверенно ткнула в тот брусок, что казался неярким в сравнении с другими:
– Вот.
Слитки, что показывал мне господин Якоб, выглядели так же.
Я помолчал, взвешивая в ладони слиток чистого золота, на который безошибочно указала Молли.
