Не сойти мне с этого места, если Ада не пришла сейчас сказать по-собачьи «спасибо».
Когда-то давным-давно, в прошлой жизни, я тоже не ходила открывать дверь сама, это делала Наташа. Вера Мартынова, очевидно, не утруждала себя лишними хлопотами, и меня впустила в квартиру худенькая женщина лет сорока пяти.
– Хозяйка в гостиной, – сообщила она и провела «майора» в большую, обставленную антикварной мебелью комнату.
Там, между шкафчиком времен Павла I и элегантной горкой скорее всего Николаевской эпохи, сидела роскошная дама.
Такую красоту встретишь только на страницах журналов, и, честно говоря, я считала, что подобный оттенок кожи, такие сочные губы и такие фиолетовые глаза – всего лишь результат труда профессиональных гримеров и стилистов. Но на женщине, мирно пьющей кофе, не было ни грамма косметики. Более того, день сегодня неожиданно выдался солнечный, яркий свет бил прямо в глаза Вере, безжалостно освещая лицо. Но даже при таком освещении у красавицы невозможно было найти изъяны.
Волосы, роскошные кудри натуральной блондинки, небрежной волной раскинулись по плечам, а когда хозяйка встала мне навстречу, стало понятно, что ее талию можно запросто обхватить двумя пальцами. Четыре замужества и длительная любовная связь с Костей не оставили на Вере Мартыновой никаких следов. Огромные глаза смотрели слегка наивно, пухлые губы сложились в улыбку, и, протянув мне нежную мягкую руку с безупречным маникюром, хозяйка произнесла сексуальным меццо:
– Какая страшная история, бедный Котя, за что его убили?
Я села в кресло, взяла предложенную чашечку кофе и отчеканила:
– Пока не могу сообщить ничего утешительного.
Ведутся оперативно-розыскные мероприятия.
Вера резко встала, халат распахнулся, и я увидела длинные, стройные, безупречные по форме и без всякого признака целлюлита ноги.
– Скорей всего здесь замешана женщина.
Я вздернула брови:
– Говорят, что вы.
– Я?! – изумилась Вера. – Да мы были знакомы полжизни. Не скрою, нас связывали особые взаимоотношения, всегда считала Котю своим первым мужем, брак мы не оформляли, но ведь не в штампе дело.
И зачем мне его убивать?
Я спокойно допила кофе. Может, и впрямь пойти работать в милицию? Очень уж хорошо получалось у меня вести допросы.
– Речь идет не прямо о вас, кое-кто из общих знакомых утверждает, будто Марат Рифалин грозился уничтожить Константина, причем именно таким жестоким образом, как это произошло на самом деле.
