– Ладушки! – хмыкнул Сережка и исчез в коридоре.
Оттуда незамедлительно донесся его крик:
– Ну, сколько можно собираться! Я из-за тебя опоздаю!
– Сапоги куда-то подевались, – ныл Кирюша, – и шапка. Мам, я поеду без шапки.
– Ни за что, – вплелся в скандал Катин голос. – Менингит захотел?
– Да, – возмутился мальчишка, – а почему Юльке можно?
– Доживи до моих лет и ходи в ноябре голым, – парировала девушка.
– Так, прекратили базар, – заявила Катя. – Все немедленно вон!
Послышалось шуршание и возня.
– Минутку, кто пойдет с собаками? – спросил Сережа.
– Я, – ответила Катя. – Ладно уж, бегите.
Дверь хлопнула, воцарилась тишина. Мой взгляд упал на часы – восемь утра. Они что, всегда встают в такую рань?
Вдруг с улицы донесся вопль:
– Мама, скинь ключи от машины, забыл на вешалке.
– Вот олух! – в сердцах сказала Катя и завопила: – Держи!
Интересно, что думают по этому поводу соседи, или они все встают ни свет ни заря?
Внезапно Муля соскочила с дивана и, цокая когтями, унеслась в коридор.
– Девочки, гулять, – сообщила Катя и заглянула в гостиную.
Без косметики ее лицо выглядело моложе и как-то проще, волосы по-прежнему топорщились в разные стороны.
– Проснулась?
Я кивнула.
– Давай беги завтракать, кофе на столе, остальное найдешь сама в холодильнике.
– А вы куда? – робко поинтересовалась я.
– Гулять с крокодилами, – пояснила Катя.
Я невольно попятилась. Оказывается, в этом доме есть еще и аллигаторы.
– Муля, Ада, Рейчел! – завопила хозяйка.
Клубок прыгающих собак покатился на лестничную клетку.
На кухне царил разгром. На столе громоздились в беспорядке тарелки с остатками чего-то желтого, початая банка «Нескафе», пустая вазочка и несколько кусков сыра. Эмалированный чайник совершенно остыл.
Я уселась у стола и пригорюнилась. Примерно через полчаса Катя вернулась и сообщила:
– Холодно, жуть! А чего кофе не пьешь?
– Чайник остыл.
– Подогрела бы.
– Не умею зажигать газ спичками.
– Как это? – изумилась Катя.
Я принялась бестолково объяснять:
– Ну, у нас электрическая плита…"
"– Неужели у всех подруг тоже? – продолжала удивляться хозяйка, поворачивая ручку.
Я молчала, глядя на синее пламя.
– Ну вот что, – отрезала Катя, – понимаю, что домой не хочешь, ведь так?
– Да уж, лучше умереть.
– Ладно, мы решили поселить тебя пока у нас, поживешь немного, отойдешь, освоишься, а там поглядим, как жить дальше.
– Но у меня нет денег, и платить за постой не могу…
– Я что, плату попросила? – ухмыльнулась хозяйка.
