Я соскучилась, — чувствую, как на плечи ложатся женские руки, а Нелли подходит все ближе и ближе. — Я правда пыталась жить без Роберты… без тебя… но не могу, — шепчет так проникновенно, что не будь в моем сердце и в голове другой девушки, я бы даже поверил. Вот только она соскучилась, а мне что теперь делать? Поставить крест на своей личной жизни?
— Что ты хочешь? — вздыхаю, потирая виски, в которых словно барабаны долбят. — Чего тебе нужно, Нелли? Зачем ты вернулась?
— Я хочу, чтобы мы стали одной семьей, — слегка сдавливая ладошки на моих плечах, шепчет девушка.
А у меня все внутренности узлом скручиваются, а руки сжимаются в кулаки. Семьей…
— Нелли, у меня есть своя личная жизнь. Я не люблю тебя, слышишь? — разворачиваюсь к девушке лицом, чтобы заглянуть в ее ледяные голубые глаза. Не такие, как у Лисы. В этих ни грамма тепла и заботы. Холодный, беспристрастный расчет. Так было всегда и так есть и сейчас.
— Малышке нужна мама. Родная мать, Рус, — на губах появляется улыбка, — никакая чужая женщина не заменит ребенку родную кровь.
— Однако почему сейчас? Что за просветление на тебя снизошло?
— Я просто поняла, что люблю. И тебя, Рус, и нашу дочь. Я сделала огромную ошибку и готова за нее расплатиться, только бы ты простил меня.
Смотрю на лицо бывшей, на ту искренность, которую она пытается из себя выдавить, и не понимаю, что происходит. Что творится со мной, и как она это делает. Возможно, чувство совести перед Ромашкой, которое жило все эти годы глубоко внутри, вышло наружу. Ей нужна мать.
Настоящая. Которая будет плести косички, печь печенье и играть в классики. Ей нужна женщина рядом, и будет правильно, если это будет родная кровь.
Или, что вполне возможно, я просто двинулся умом.
— Не знаю, Нел, не знаю.
Сжимаю губы и, убрав руки девушки от себя, ставлю пустой бокал на стол и ухожу из гостиной.
Глава 32. Руслан
Это не ночь — это ад. Почти до самого рассвета я сижу в детской у изголовья кровати и слушаю мерное дыхание Ромашки.
Разрывает. Изнутри рвет на части между «правильно» и «хочу».
Мне не нужна Нелли, я не люблю, да и никогда не любил мать Роберты. Да, так случилось, беременность и роды, и я на самом деле безмерно благодарен ей за дочь. Но я ее не люблю. Не хочу. Мне нужна Лиса. До боли в груди, и дрожи во всем теле — мне нужна Алиса. Ее улыбка, ее дерзость и нежная смелость.
Еще и повел себя сегодня, как мудак. Снова.
“Да. Прости. Пришлось уехать раньше. Дела” — все, на что хватило моего словарного запаса в ответном СМС.
