Бог возвратил его в этот лучший из миров, но люди грубы.
Вдруг он услышал волчий вой. Кандид двинулся на звук и вышел к зоопарку.
На входе его остановили и потребовали билет. У Кандида было несколько франков, но они остались в камзоле.
Кандид перемахнул через ограду. В прыжке он зацепился за острый конец, и часть его панталон осталась на ограде. А полуголый Кандид оказался в зоопарке. Он пошел мимо клеток, как дикарь.
Волк выл, будто звал. Кандид быстро нашел его и протиснулся в волчью клетку.
– Почему ты плачешь? – спросил Кандид.
– Я пою, – ответил волк. – Я влюблен.
Они говорили на разных языках, но понимали друг друга. Почему-то.
Пришел сторож и кинул в клетку кусок темного вонючего мяса.
– Ты будешь это есть? – удивился Кандид.
– Конечно. И ты будешь это есть.
– Я не буду. Пойдем отсюда. Поохотимся. Поедим свежего мяса.
– Отсюда нельзя уйти, – сказал волк. – Это зоопарк.
– Ну и что? Разве у тебя нет ног? Нет желания?
– Зоопарк – это тюрьма.
– И что же?
– Это значит, ты должен делать то, что хотят другие.
Взошла луна. Было красиво, хоть и жутко.
Волк снова завыл, вернее, запел.
Кандид с отвращением погрузил зубы в мясо.
«Этот мир ужасен, – подумал Кандид. – Вольтер прав...»
Он вдруг вспомнил атласное тело девушки в милицейской машине, добрую руку старухи в метро, взгляд молодой Кунигунды... Все перемешалось в этом лучшем из миров, в этом ужасном из миров. И вовсе не надо дожидаться смерти, все здесь – и рай, и ад...
Кандид прижался к волчьему животу. Стало тепло и безопасно.
Он уснул под вой. И ему казалось: так уже было когда-то...
Гладкое личико
У Елены Кудрявцевой образовался любовник на четырнадцать лет моложе. Ей – сорок пять, ему – тридцать один. Она решила сделать подтяжку.
Любовник, – его звали Сергей, – говорил: «Не надо никакой подтяжки, и так все хорошо».
И в самом деле, было все хорошо. Елена выглядела на десять лет моложе своих лет, была изначально красива, похожа на балерину. Время, конечно, поставило свои метки – тут и там. Наметился второй подбородок, помялось в углах глаз – немножко, совсем чуть-чуть.
.. Если бы не молодой любовник, сошло и так. Но..."
"Елена отправилась на операцию. Ей сделали круговую подтяжку. Операция оказалась нешуточной. Под общим наркозом отслаивали кожу от мышц, потом натягивали. Лишнее срезали. Среди волос над виском побрили дорожку – там резали и шили, чтобы подальше от лица.
После операции лицо вздулось, выползли синяки. Вид был как у алкашки, которую били ногами по лицу.
