Комнатка горничной напоминала порой склад пряжи — мотки шерсти хранились и в большом сундуке, и в корзинах, и рядком на подоконнике. Знала бы моль, где её счастье!
– Я их подарила той дворовой девочке с хвостиками. Кстати, одноногий мужчина – это её отец? А где же мать? – Лия поспешила отвлечь служанку разговорами от темы «упакуй герцогиню» и, кажется, ей это удалось."
"– Не отец… – Девушка присела на ближайший стул, сцепив руки замком на коленях, с грустью начала свой рассказ. – У Аники родители однажды в город поехали, не знаю, по какой надобности девчонку взяли с собой.
Обвалы в горах и сейчас нередки, а в то время так вообще, раз в неделю – просто обязательно. Так и завалило их, сердешных, под камнепад попали. А дитя-то чудом живое осталось. Хорошо, что в замке их хватился брат отца девочки – одноногий истопник Фил, он и забил тревогу, что не вернулись вовремя люди. Кинулись искать. Так вот и наткнулись на семейную пару. Мёртвую, конечно. И маленькую девочку, что родители зажали промеж собой. Аника оказалась живучей, на радость истопнику.
Он одинокий – она, считай, сирота. Так и живут.
– Матильда, вот и свяжи ей свитерок или кофточку. И варежки тоже, две пары!
– Свяжу, конечно, добрая Вы у нас, хозяюшка. Мы, дворовые, им помогаем, как можем. Мужику одному девочку воспитывать сложно, то ли дело была бы мать жива. Ой, – всплеснула руками горничная, – да вы сейчас взмокнете! А потом простудитесь! А герцог мне за это спасибо не скажет! А все гости уже там, шампанское дармовое распивают и конфетами закусывают! А вы все скучаете да мои истории слушаете!
– Тогда на улицу, – подхватилась Юлия и быстро выскочила из покоев, опасаясь, что Матильда вспомнит ещё про какой-нибудь тёплый предмет гардероба.
– Ваша светлость, а варежки-то, варежки забыли! Ручки замёрзнут! – летело вслед молодой леди.
***
Глава 7
Темный переход в эту ночь был освещен одним единственным факелом, отбрасывающим блики на стены далеко по обе стороны от себя. Если бы в это время сюда кто-нибудь забрел, то обязательно наткнулся бы на две подозрительные фигуры, тихо о чем-то переговаривающиеся.
..
- Ну, хоть пять капель, Том, никто не узнает!
- Не могу.
- Пожалуйста...
- Да пойми ты, если прознает учитель, он с меня три шкуры сдерет!
- А ты разбавь чем-нибудь... Ой, да что я тебя учу! Томас, миленький, ну очень надо.
Девушка протянула мальчишке маленький флакончик.
Даже прижатый к стенке твердой рукой Томас Хейли колебался.
- А что мне за это будет? - хитро сощурился прохиндей.
