Горы разворошу, только чтобы не видеть печали в ваших глазах. Он не заслуживает такой участи, только не он. Только не вы… — зачастил мужчина, готовый сейчас поклясться ей в чём угодно, лишь бы вырвать из этого состояния безнадёжности и тоски.
— Возьмите, — немного успокоившись, герцогиня отстранилась и протянула ему дневник. — Там есть закладка, правда, я неуверена, что справилась с переводом, и не совсем поняла смысл написанного, но… в общем, вам это будет, наверное, интересно.
Харук взял тетрадь и открыл заложенную шелковой ленточкой страницу.
«..Ты камень кровью девы окропи,
С последнею слезой падут оковы.
Откинь сомненья прочь — на свет иди…
С рассветом крылья обретёшь ты снова…»
И мир покачнулся под ногами Харука.
***
На вечеринку Лия надела серое простое домашнее платье. Сняла с себя все украшения, а ноги всунула в мягкие тёплые сапожки на низком ходу. Матильда убрала ей волосы в простой пучок, украсив серебристой лентой. Отошла от хозяйки и критически оглядела её.
— Как-то мрачно получилось. Мы же на праздник идём, а не на поминки, — метнулась в гардеробную и вынесла оттуда большой яркий платок с длинными кистями — дивной, небесной красоты, с вышитыми цветами неземными, с пером птицы неведомой, райской в центре…
— Вот, негоже такой прелести томиться на полке в такой день! — с этими словами она накинула вещь на плечи девушки.
— Это последний мамин подарок, — герцогиня грустно улыбнулась и любовно провела ладонями по бархатистым свисающим концам.
— Красота! — восхитилась Юлиному отражению в зеркале горничная.
— У меня тоже кое-что для тебя есть, — опомнилась маленькая хозяйка и вытащила из большой шкатулки нитку речного жемчуга, — надень.
Грой ахнула и всплеснула руками:
— Да как же можно, герцогинюшка, такую редкую дороговизну на простую служанку напяливать! У меня рука не поднимется от вас подобный подарок принять!
— Бери, бери, это тебе за заботу."
"— Ваша светлость, — смущённо пролепетала «великанша», принимая бусы, — спасибо.
Ох, не потерять бы теперь, не привыкла я к таким сокровищам, не имела никогда, не носила…
Эту трогательную сцену прервал короткий стук в дверь. Тиль кинулась открывать. На пороге возник лорд Дункан. Пересёк гостиную, остановился в дверях спальни, окинул хмурым взглядом комнату, отмечая разбросанные вещи, робко переминающуюся с ноги на ногу горничную и замершую в нерешительности у зеркала супругу, и чуть не задохнулся от увиденного.
