— Значит, имели место шалости?
Он явно изнывал от желания узнать о тайных пристрастиях своего господина; зачем ему это, Полетт не ведала, но сообразила, что любопытство приказчика можно обернуть себе на пользу.
— Больше ничего не могу сказать, Ноб Киссин-бабу, — вздохнула она. — Разве что…
— Да-да? Умоляю, говорите! — вскинулся приказчик.
— Разве что вы окажете мне крохотную услугу."
"Едва запахло сделкой, толстяк насторожился:
— Что за крохотная услуга? Прошу разъяснить.
Полетт одарила его пристальным взглядом:
— Вы помните, когда и зачем к вам приходил мой отец?
— Разве такое забудешь, мисс Ламбер? Я же не олух какой… Он был у меня незадолго до переселения в небесную обитель.
Слов, сказанных на последнем издыхании, так запросто не отринешь…
— Вы помните, что он хотел устроить мой отъезд на Маврикий?
— Разумеется. Я же вам о том и поведал, верно?
Полетт выпростала руку из-под сари.
— Вы сказали, что готовы все устроить в обмен на эту вещицу? — Разжав кулак, она показала медальон, не так давно полученный от приказчика.
Ноб Киссин покосился на ее ладонь:
— Все так, только не понимаю, к чему вы клоните.
Набрав в грудь воздух, Полетт выпалила:
— Я прошу вас сдержать обещание. В обмен на медальон я желаю стать пассажиром «Ибиса».
— Что?! — разинул рот приказчик. — Вы с ума сошли, что ли? «Ибис» перевозит лишь кули и заключенных. Он не берет пассажиров!
— Не имеет значения. Я согласна быть в списке рабочих. Вы же его составляете? Никто не заметит, если в него добавить еще одно имя.
— Кажется, вы из меня дурака валяете, мисс Ламбер? — насупился приказчик. — Как только вы осмелились такое предложить, не постигаю! Немедля изгоните сию идею!
— Да какая разница, если в списке прибавится одно имя! — взмолилась Полетт. — Вы главный, а рабочих так много — одним больше, одним меньше! Ведь даже вы не узнали меня в сари. Не бойтесь, никто меня не признает, а вы получите медальон…
— Ни за что! — Ноб Киссин энергично потряс головой, отчего уши его затрепетали, словно папоротник на ветру.
— Знаете, что будет, если затею раскроют и выявят мое участие? Хозяин мне голову оторвет! У капитана Чиллингуорта глаз-алмаз! Едва он прознает, что средь кули затесалась барышня, он меня придушит и скормит акулам… Нет, нет и нет!
Приказчик бросился вон, продираясь сквозь занавесь корней. Издали донесся его голос:
— Нет-нет, ваша идея сулит крупные неприятности… Следует немедленно ее похерить…
— Прошу вас, Ноб Киссин-бабу!..
