Разве забыл?
Затем обращаюсь к Лизе:
— У Алексея серьезное кожное заболевание, мы не спим пока вместе. Это, к сожалению, заразно…
С теплотой посмотрев на разъяренного «мужа», пожимаю плечами:
— Лечимся…
— Конечно-конечно, понимаю вас, — пытаясь скрыть отвращение, проговаривает Лиза. — Пойдемте, я покажу, где можно взять небольшую тахту. Она как раз поместится у окна.
Кое-как сдерживаю смех, когда девушка, резко убрав руки наверх, дожидается, пока Тимур ухватится за ручку и откроет дверь сам. Пожелав спокойной ночи, Лиза удаляется, а я с чистым сердцем отправляюсь в душ, где весело напеваю под нос веселый мотивчик.
— Ну ты и сука, — первое что прилетает в меня, когда выбираюсь из ванной комнаты.
Замечаю толстовку, сваленную на пол.
— А… ты уже здесь? — легкомысленно отвечаю и поправляю наглухо застегнутую пижаму.
После того как Бойцов наконец-то укладывается, а скорее даже усаживается на тахту, укрываюсь пуховым одеялом с головой и включаю мобильный телефон, куда предварительно скачала нужное приложение.
Тимур скрипит раритетной мебелью, нудно и долго матерится, замирает и проделывает все это по новой.
Высвободившись из своего кокона, взрываюсь:
— А можно там потише?
— А может, ты сюда ляжешь? Раз шибко умная? — отвечает он грубовато.
— И не собираюсь, — задираю подбородок до потолка. — Я сюда не рвалась. Мне тридцать пять дней осталось в вашем отделе, Тимур Иванович.
— Быстрей бы. Жду не дождусь.
— Взаимно…
Еще минуту наблюдаю, насколько это возможно в полумраке, как майор шумно дышит, кряхтит, будто у него сейчас полтела развалится и, откинув голову на спинку, смотрит в потолок.
Спрятавшись опять под одеялом, пишу сообщение:
«Привет. Как дела?»"
"Отключаю звук на всякий случай. И нервно жду ответ, который мой начальник медленно набирает на своём мобильном.
Пик пик пик.
«Привет, средней паршивости. А твои?»
«Мои так же. Не очень».
«Кто-то обидел, принцесса?»
Один урод с кубиками на животе.
«Нет, просто к дядюшке в гости приехала, Тимур. А у него маразм, понимаешь? Все нервы мне вымотал, токсик престарелый».
Вслушиваюсь в тишину и снова «пик пик пик».
«Токсик престарелый?»
Пф-ф…
«Угу. А у тебя-то что случилось, Тимур?»
«Спину вот надорвал».
«Ого. Ужасно! Где ты так?»
«Да есть места…»
«Бедненький!»
Закусив губу, понимаю, что все эти кряхтения и стоны из-за того, что у Тимура Ивановича Бойцова болит спина.
Чувство вины зарождается внутри, несмотря на ненависть. Убрав телефон, долго пытаюсь уснуть, ворочаюсь.
