Линда, никогда раньше с такими персонажами не сталкивавшаяся, даже растерялась чуточку от его напора, но случившийся в прихожей Вася, узнав от Линды, в чем дело, в два счета спустил изобретателя с крыльца вместе с пухлой папкой чертежей смертоносного аппарата. После чего я определил его на постоянное дежурство в помощь Линде – мало ли какого еще психа могло занести?
Сама гвардии рядовой Линда Белова с деловым видом сидела за столом, а перед ней выстроилась чинная очередь из пяти немцев и одной дебелой немки, которую я уже видел здесь и мысленно окрестил «кабатчицей» (интересно, что нужно этой настырной бабе?).
Пятый, седенький немец в тирольской шляпе с перышком, что-то ей вкручивал, как я расслышал, насчет своего кроличьего питомничка, чуть ли не через слово именуя ее «фрейлейн официр».
Линда меня заметила. Наука Васи Тычко не прошла даром – Линда вскочила, вытянулась по-уставному и браво отрапортовала:
– Товарищ комендант, веду прием посетителей! Происшествий нет!
Немцы и немка обернулись ко мне и самым почтительнейшим образом раскланялись.
– Продолжайте, рядовой, – сказал я и пошел на второй этаж, к себе в кабинет. Там, усевшись за стол, оперся на него локтями и стиснул руками голову – ходят слухи, что именно такая поза крайне способствует интенсивности мышления. А мне сейчас как раз требовалось проявить максимум сообразительности…
Если взглянуть со стороны, великолепно себя проявил майор Седых Федор Иваныч, орел степной, казак лихой: вовремя засек немецкую колонну, мастерски взял в «мешок» и большей частью в сжатые сроки истребил.
Немцев там ехало что-то около ста семидесяти – точного числа подполковник не знал, потому что орлы мух не ловят. Он был в штабе какой-то шишкой, а мелочами вроде списка личного состава занимался штабной же лейтенантик, сгоревший со всеми своими бумагами во втором «Хорьхе». В любом случае счет получается разгромный – в плен «ваффенов» попало только тридцать восемь, а остальные быстренько отправились к каким-то там своим языческим богам (Чугунцов рассказывал как-то, что СС христианство отвергают, зато вовсю практикуют языческие культы, процветавшие в то время, когда их предки щеголяли в звериных шкурах, – и то же рассказывала Линда, еще и по этой причине крепенько не любившая черных).
Что до моих потерь, их потерями-то называть смешно: девять легкораненых.
