Четверка переглянулась меж собой, молчаливо распределяя роли…
Дуф-дуф!
Шлепки восковых пуль по крайнему из охотников и вид его маски, слегка откинувшейся назад от сдвоенного удара, были столь неожиданны, что никто из них так и не успел достойно ответить. Зато «оставшиеся в живых» разом удвоили осторожность, потихоньку расходясь в стороны и выбирая свободный ход спусковых крючков.
Дуф!
Дуф-дуф-дуф!"
"За ответной пальбой шлепок попадания по корпусу одного из гвардейцев был почти не слышен, зато все видели, как верткая жертва избежала ответных пуль, каким-то странным, чуть ли не акробатическим движением ныряя обратно за щит.
За другой щит, расположенный в сажени от первого!.. Тут же выкатилась из-за него, быстро выстрелила «двойкой» и еще быстрее скрылась. Блеснула револьвером, по всей видимости готовясь к новой атаке, пару раз пальнула куда-то наобум, едва высовывая ствол из-за преграды. И перелетела за очередной щит, вернее – целую группу оных, вновь появившись совсем не там, где ее ожидали! Каких-то полсекунды не хватило кадровым военным, чтобы чуть довернуть оружие и поразить цель, – зато их противнику времени оказалось более чем достаточно.
Дуф!
Уже до того «подраненный» граф Татищев вполголоса чертыхнулся и махнул рукой, сметая с маски остатки оранжевых брызг. Оставшаяся пара стрелков по очереди, прикрывая друг друга, перезарядила барабаны револьверов, затем переглянулась и дружно присела за невысоким щитом. Господа офицеры немного посовещались, энергичными жестами определив текущую диспозицию, согласовали дальнейшие действия и резко вырвались на оперативный простор.
Как оказалось, очень даже зря… Потому что таинственный незнакомец уже давно успел сменить свою позицию.
Дуф-дуф!
Дуф!
Еще один штабс-капитан не по своей воле дернул головой и схватился за ногу – хоть пуля и была из мягкого воска, но била по незащищенному телу не хуже твердого камня. Даже, пожалуй, лучше! Утешением ему был лишь тот факт, что сам он хоть и проиграл, но сделал это (в отличие от первых двух) не «всухую» – ведь именно его выстрел оставил полосу касательного попадания на жилете чертовски верткой (и меткой) жертвы! Впрочем, судя по результатам их встречи, скорее уж матерого охотника…
Тем временем оставшийся в полном одиночестве поручик-«измайловец» Николай Шиллинг удивительно быстро присел за стоявшим перед ним барьером.
Отдышался, огляделся, немного задержав взгляд на удаляющейся спине прихрамывающего сослуживца, и замер, отдавая инициативу излишне резвому противнику.
