– Эскадрон! За мной, эскадрон! – Лейтенант не дал своему подразделению войти в Аганерово, повел его вдоль окраин, обогнул поселок и приказал спешиться с южной стороны. – Коноводы, забрать лошадей! Пулеметчикам занять позиции. Цель: дорога на Котельниково. Старший сержант Шеремет, на тебе железная дорога. Остальным обеспечить оборону со стороны поселка!
Трое бойцов увели скакунов почти на километр южнее, подальше от шальных пуль, остальные кавалеристы зарылись в снег до мерзлой земли. Не прошло и четверти часа, как из-за крайних домов показались люди в форме, десятка полтора.
Пулеметчики подпустили их поближе – чтобы назад сбежать не смогли – и повалили несколькими экономичными очередями. Еще через минуту сосредоточенный огонь разнес кабину пытавшегося покинуть селение грузовика.
– Васька, патрон!
Зверев достал один из трех зарядов, что по приказу старшего расчета носил на груди, протянул сержанту. Тот загнал его в ствол, вынул из-за пазухи завернутый в тряпицу затвор, поставил на место, приник к прицелу, ловя кончиком ствола паровоз, что деловито утягивал со станции длинную цепочку товарных вагонов:
– Шалишь, сучье племя, тут наша власть ныне…
От неожиданно громкого выстрела заложило уши, а на черном боку тягача появился парящий белым дымом свищ.
Шесть сотен метров для противотанкового ружья – не расстояние.
– Патрон!
Сержант выкинул гильзу, дослал заряд. Выстрел – и рядом с первым свищом появился второй.
– Патрон!
– Не увлекайся, сержант! – предупредил офицер. – Его уже не фрицам, его нашим ремонтировать придется.
– Я под котел… Чтобы вода ушла…
После третьего выстрела Шеремет довольно откинулся набок, подмигнул Андрею:
– Ты патроны-то не забыл, князь?
– Полный цинк.
– Ну ты парочку в тепло-то убери, на всякий случай.
– А затвор?
– Затвор ни к чему. Наверняка скоро или вытащить, или вытолкать состав попытаются. Придется осаживать.
Но на этот раз бывалый вояка ошибся. Состав, прокатившийся еще около километра и вставший среди степи, спасать никто не стал. Заслон из одного эскадрона простоял до полудня, после чего лейтенант направил на юг два дозора, а остальным бойцам приказал войти в поселок и занять для нужд части крайние дома.
Сам офицер отправился в штаб с докладом. Вернулся довольный и слегка пахнущий добротной русской водочкой, без сивушной вони:
– Ночуем в тепле, мужики. Мы тут складов взяли – два корпуса снарядить можно. Румын только пленных – три сотни. А потерь в нашей дивизии пока – десять убитых и тринадцать раненых.
