Пятнадцатого августа избранная тысяча вошла в ворота крепости и очутилась в раю: воинов ждали обозы с припасами, сменной одеждой, ладьи со снедью; здесь была баня, навесы от дождя, ячмень, сено, дрова… В общем – цивилизация.
В первую очередь Андрей отмылся и переоделся в человеческое обличье. В баню соваться не стал – там постоянно толпа невероятная крутилась. Искупался в Волге, предварительно оттерев тело и волосы густым зольным щелоком. Плавал он долго и с наслаждением. Пахом вертелся рядом, недовольно бурча под нос о простолюдинском развлечении да о злобных водяных с русалками, поджидающих по омутам и водорослям зазевавшегося христианина.
Однако хотя нога и болела, но рана уже затянулась, силы князя давно восстановились, и бояться молодой человек никого не собирался – ни на суше, ни в воде.
Приведя себя в порядок, Зверев отыскал на длинном, вытянутом вдоль волжского и свияжского берегов причале боярина Выродкова, решившегося почему-то надеть зеленую суконную ферязь и зеленые же сафьяновые сапоги.
Служилые люди обнялись.
– Здрав будь, Иван Григорьевич, – отступил, оглядывая арабиста с ног до головы, князь. – Хорошо выглядишь. Видать, после окончания стройки высыпаться по ночам удается?
– Последнюю неделю токмо и делаем, что спим, Андрей Васильевич, – отмахнулся боярин. – Государь уж четыре дня как прибыл, ан переправу на Казанский берег никак не учинить. Едва отваливать начинаем – Волга штормом вздыбливается, назад ладьи кидает, осмь штук и вовсе разбило. Иоанн Васильевич поначалу меня нахваливал, старшим над всеми людьми и делами строительными поставил.
Ныне же смотрит волком.
– Ты-то тут при чем, Иван Григорьевич? – не понял Зверев. – Супротив погоды не попрешь.
– Кабы погода… – Боярин настороженно огляделся по сторонам и понизил голос: – Сказывают, колдовство это есть черное. Кто-то из чародеев помогает басурманам поганым и, едва я к переправе изготовлюсь, бурю ворожбой вызывает[66].
– Кого-нибудь в этом замечали?
– Разве ж чародея заметишь? Он и обличье переменить может, и глаза отведет.
– Это точно, обликом заморачивать они умеют, сам один раз попался, – усмехнулся Андрей. – Правда, есть у них и большой недостаток. Заговоренные линии они перешагивать боятся, как скорпионы – веревку из конского волоса. Слыхал про такой секрет?
– Про веревку на Востоке всем ведомо, – кивнул Выродков. – А вот про заговорные линии первый раз слышу.
– Ничего страшного. Зато я знаю. Способ простой, но действенный. Завтра же займусь.
