– Чего того?
– Пашню… того… Осеменить… Не, оплодотворить… Не, оживить… Не, поднять! Во! По обычаю… Хозяин… Урожай коли потребен…
– Пахом, а по-русски ты говорить умеешь?
– Нешто неясно?! – возмутился холоп. – Хозяин с хозяйкой должны на пашне то сделать, отчего жизнь новая появляется!
– Мы? С княгиней? Здесь?
– Дык, Андрей Васильевич… Коли не… оживить… урожая… голод будет, убыток будет. Беда, в общем, случится…
– Я тебе что, клоун?
– Дык, княже, я их навес хоть сделать заставил! По обычаю, оно ведь на-а… Вот…
– Ты слыхала, Поленька? – взял жену за руку Андрей.
– И чего теперь с этим делать? Пороть язычников через одного али о деле важном подумать? Не будет урожая – мы виноватыми окажемся.
– Не знаю, батюшка… – Княгиня скромно потупила глаза и вдруг коротко стрельнула в мужа шаловливым взглядом – Праздник сегодня. Господь простит, коли уж так нужно…
– А можно? – шепотом поинтересовался Зверев.
В прошлом году, пока он носился почти семь месяцев по государевым делам, княгиня благополучно выносила малютку и в ноябре разрешилась крупной крикливой девчонкой.
А потом еще четыре месяца не подпускала мужа, суеверно боясь, что пропадет молоко. И сейчас – не подпускала.
– Все в руках Божьих, – так же тихо ответила женщина и перехватила его за обе ладони.
– Тогда пошли, – тут же решился Андрей. – Не дадим народу помереть с голоду. Ох, на какие только жертвы не решишься ради общества!
– Княже, – негромко окликнул его Пахом.
– Что? – вскинул брови Зверев.
– Список сюрпризов не исчерпан?
– Чего? – не понял дядька и тут же отмахнулся: – А-а… Вы того, княже, не беспокойтесь.
– Давай, сказывай, не томи, – остановился Андрей.
– Дык, это… Пока вы того… Ну, в общем, все ладно и славно будет.
– А точнее?
– Дык, это… Народ покуда от вас нечисть отгонять станет, видимую и невидимую. От греха. Она ведь завсегда помешать норовит…
– Ну, Пахом… – покачал головой Зверев и увлек супругу в шатер.
Почти сразу же заплакала жалейка, потом затарахтела трещотка.
Минутой спустя к шуму присоединились бубен и барабан, какие-то литавры… Хотя скорее это были крышки от кастрюль и котелков. Смерды вошли в раж: выли, орали, гремели, топали, на стенах шатра плясали отблески факелов.
– Господи, – перекрестилась Полина. – Помнится, даже на свадьбе мне не было так страшно.
– Ты все перепутала, драгоценная моя, – засмеялся Андрей. – Они не нас пугают. Нас они как раз пытаются оборонить.
