Отряд шел до самых поздних сумерек, и только когда на небе ярко засияли звезды, князь Сакульский разрешил людям остановиться на привал. Пятнадцать человек тут же положили спать – дабы потом в дозоре стояли честно, носом не клевали. Остальные занимались лошадьми, разводили костры. Одного престарелого, измученного мерина пустили под нож, разделали на мелкие куски, и скоро над поляной потянулись ароматы жареного мяса.
– Ты лук брал, Андрей Васильевич? – тихо поинтересовался боярин Выродков.
– Притормозить могли бы татар, коли нагонять станут.
– Ни луков, ни рогатин, ни доспехов для ратников, ни даже своего Аргамака, чтобы внимания дорогим жеребцом не привлекать, – вздохнул Зверев. – Надеялся тихонько сходить туда, так же тихонько вернуться – и все. Не отчаивайся слишком рано, Иван Григорьевич. Авось, лошади вынесут. Чай, не самые плохие они у нас.
– И не самые хорошие. Вот видел я в Тибризе арабских скакунов… – Он запнулся и махнул рукой: – Лучше спать лягу.
Может, в последний раз.
Поднялись люди опять же до рассвета, дожевали холодную конину и умчались дальше, оставив после себя лохмотья конской шкуры и россыпь дочиста обглоданных костей.
Как князь и предполагал, запас лошадиных сил был вычерпан практически до дна – скакуны переходили на рысь с большой неохотой и очень быстро сбивались обратно на шаг. Пришлось выдерживать темп на уровне где-то близко к десяти километрам в час – широкий походный шаг.
Дай Бог, чтобы хоть такую скорость животные выдержали оставшиеся два дня.
Дорога петляла, ныряла в низины, поднималась на холмы, и каждый раз Андрей оглядывался назад, опасаясь увидеть пыльное облако, что поднимается над скачущими на рысях татарскими сотнями. Однако небо до самого горизонта неизменно оставалось чистым.
– Может, обойдется, Андрей Васильевич? – уже после полудня высказал надежду боярин Выродков.
– В чудеса не верю, – покачал головой князь. – Ты бы такой налет на свое имение простил? Вот и Гиляз-бек не простит. Наверняка тоже привалы урезает и поесть людям спокойно не дает. Нам бы только ночь пережить. Поутру щиты за спины закинем, чтобы стрелами не посекли, да как-нибудь до порубежников доберемся. Лес кругом – обогнать, обойти не смогут. Лошадей, конечно, половину потеряем. Ну да это дело наживное.
