— Еще… еще… Боже…
Он не дает мне кончить: когда я вот-вот собираюсь потерять связь с реальностью, то чувствую, как сильное мужское тело прижимается ко мне сзади. А мой вход растягивает приятная и слегка болезненная наполненность. Я чувствую жар его члена и пытаюсь сама на него насадиться.
Мирон входит в меня мучительно медленно, контролируя каждое свое движение. Его рука на стене находит мою и накрывает сверху. Наши пальцы переплетаются, когда он достигает какого-то упора во мне, и мы одновременно глухо стонем.
— Не останавливайся, — шепчу слабо.
— И не смогу. Кончу в тебя.
Киваю. Я уже месяц как на таблетках.
Поворачиваю голову, и Мирон подхватывает мои губы, прижимаясь к ним в поцелуе. Делает движение бедрами, почти выходя из меня, и вновь проникает глубоко-глубоко. Так что я сжимаюсь вокруг его члена плотным кольцом.
Воздух вокруг тяжелый, пропитанный нашим сексом, стонами, влажными шлепками между наших тел.
Мирон ведь тоже это чувствует: как я его хочу, какая я влажная. Как дрожу под ним, как стону от каждого его проникновения и как кончаю всего через несколько его фрикций.
Он замедляется, давая мне прочувствовать судороги удовольствия, а затем начинает двигаться для себя. Быстро и бесконтрольно, будто он наконец отпустил себя и перестал сдерживаться. Последние его движения смазанные и хаотичные. Он дергает меня за волосы и впивается в мой раскрытый рот жестким поцелуем, трахая и его тоже, но уже языком.
Кончает глубоко в меня и хрипло стонет, не отрываясь от моих губ.
— Второй раз будет нежным, — обещает, поглаживая мои ягодицы, перемещает руки выше и накрывает ладонями ноющую грудь.
Его член во мне и не думает падать! А я, наоборот, готова от такого воссоединения свалиться мешком к ногам Мирона."
"— Второй раз? — Я готова отключиться прямо сейчас. — Боже… кажется, ты правда соскучился!
— Сама напросилась, — Гейден тихо смеется, мое тело в ответ вибрирует. — Кровать ждет.
Поворачиваюсь к нему. Обнимаемся, не отлипая друг от друга. Глаза Мирона горят порочным огнем.
И я не могу им налюбоваться.
— Тебе не вредно так много трахаться? — мурлычу ему в шею, упиваясь запахом своего мужчины.
— Вредно столько не трахаться. Хочу тебя, блть. Стоит, не падая.
Звонко смеюсь.
Мирон подхватывает меня на руки и безошибочно несет в сторону спальни. Помогает раздеться и раздевается сам. Не отпускает в душ даже на секунду и входит в меня снова. И снова. И снова…
Мы занимаемся любовью всю ночь, и это правда что-то другое.
