— Точно, — не дрогнула Руфь Соломоновна, — ничего страшного или смешного в моем объяснении нет, вы далеки от сцены, вот и не знаете, что есть методика под названием «диалог с простаком». Актер подходит к абсолютно незнакомому человеку и начинает играть роль. Это позволяет избавиться от скованности и учит импровизации. Веронике следовало уходить от амплуа травести, и я решила обучить ее новым приемам, ее приход к Элеоноре сначала в образе Сони Умер, а потом под личиной Олеси Реутовой всего лишь маленький розыгрыш.
— Но Вероника уже во всем призналась, — напомнил Макс, — и Катерина тоже. Да и воспитанница Анчарова, Наташа, которая участвовала в деле лишь на стадии непосредственно убийства, не стала запираться.
Руфь Соломоновна моментально изменила тактику поведения.
— Да, — кивнула она, — сейчас я расскажу все правду, одну правду, ничего кроме правды. Я придумала сценарий и распределила роли. Катерина журналистка, она пишет во многих изданиях, поэтому легко могла опубликовать любую статью и не вызвать подозрений, придя на интервью в «Ниро».
Катя умеет себя вести во время разговора с объектом, никаких ляпов не допускает. Вероника великолепная актриса, ей по плечу изобразить любые эмоции, гены отца, великого режиссера Анчарова, кстати, он мог быть замечательным трагиком, достались Никочке в полном объеме. А Наташа психолог и работает, между прочим, в структуре, которая тесно связана с МВД. Наташенька осуществляла поиск Юлии Чупининой, а еще она подсказала некоторые ходы, ну, допустим, визит Кати к Элеоноре.
Наташа сказала:
«Хозяйка „Ниро“ тщеславный человек, она непременно клюнет на журналистку, которая захочет сделать с ней интервью в гламурном журнале. Кате нужно вести себя нагло, как поступают многие писаки, тогда Элеонора не удивится желанию корреспондентки поприсутствовать при разговоре с клиенткой. А вместе дочки Анчарова легко обведут Нору и ее секретаря вокруг пальца. Главное, замутить историю, далее все покатит само».
Но Катя, Вероника и Наташа являлись лишь моими помощницами, и они никого не убивали! Юлию лишила жизни я! Недрогнувшей рукой я ввела ей яд.
И не спрашивайте, где я его достала! Никогда не расскажу.
— Пусть так, — устало согласился Макс, — но зачем тогда на квартиру к Умер вы пришли всей компанией? В дверь позвонила Катя, которая за день до убийства договорилась с жертвой о встрече, сообщила о желании взять ее на работу в свой новый журнал главным редактором, и…
— Мы ее судили, — торжественно объявила Руфь.
