— Ножками в баню придёть, а там уж как банная матеря захочеть… Предупредить только надо, чтобы себе верхи оставила, а нам — остальное! А то увлечется, сама всё сожрёть.
От стола громко зачавкали — Инга уплетала уже третью порцию похлёбки, абсолютно равнодушная к этому чудовищному разговору.
— Инга-а-а, — зачем-то позвал её Монах. — Помоги, Инга…
В ответ она закатила глаза и, изобразив неприличный жест, отвернулась.
— Поздно. — донёсся до Монаха то ли всхлип, то ли вздох. — Ты меня разочаровал.
— У банной матушки обдериха с обдерчатами гостевають! — проверещал откуда-то сбоку Ерошка.
— Вот напасть-то! — в сердцах сплюнула Ирина Санна, и пол задымился от едких капель. — Когда успели припереться?
— Дак давеча нагрянули. Теперь долго не выедуть.
— Погнать что ли? — Пална воинственно потрясла кулаками.
— Не время ссоры разводить. Пусть их, главное, чтобы из бани не полезли."
"— Да что вам, мало что ли? — Инга погладила себя по гладким перьям и сыто отрыгнула. — Его на всех хватит. И с обдерихой поделитесь.
И её ребятишек угостите.
— Поделитесь? — взвизгнула Незабудка. — Поделитесь?? В прошлом разе она почти все себе утащила. Больше от нас не получит ни лоскуточка кожи, ни косточки!
— Обойдётся! — согласилась Ирина Санна. — Обдериха меры не знает. Время терпит. Подождём пока табор из бани отвалится.
— А что же с ним? Не хочется руки марать.
— В подпол! — Пална подмигнула товаркам. — Посидить, подумаеть, может чего и вспомнить. А мы тогда и решим — в суп его или отпустить.
Подхватив Монаха под руки, Пална с Незабудкой поволокли его к углу, где помещался вход в подпол.
Однако Ирина Санна остановила товарок, пробормотав что-то про заглушку.
— На што она сдалася? От кого заглушать? — удивилась Пална, с пыхтением потянув кверху тяжёлую ляду. — Всё одно косточки в суп отправим, а филей на шашлычок.
— Не хочу ни лишних разговоров, ни неожиданных гостей! — Ирина Санна поплевала на палец и с силой вдавила его Монаху между бровей. Переносицу разом засаднило, на месте пальца осталась яркая багровая отметина.
— Так-то лучше. — удовлетворённо похмыкала бабка и милостиво разрешила. — Теперь опускайте.
— Я пособлю, — Ерошка подкатился к Монаху под бок, и, когда крышка подпола откинулась, удержал его, не дал скатиться по лестнице, с осторожностью начал спускать в тёмную глубину. Благодаря коту и Незабудке Монах ничего не сломал и отделался лишь немногими синяками.
— Здеся оставим, — Незабудка кивнула на груду тряпья. — Прислоним к ним и пусть ожидаеть.
