— Вы меня обманули? Марфа у вас? Куда вы её спрятали??
— А хоть бы и у нас! — отмахнулась от него Пална. — Не лезь в разговоры. Тебя это вовсе не касается.
— Я же говорила, что девчонка здесь! — Инга понюхала свой стакан и отпила глоток. — Что за гадость? Кислятина.
— Не пей! — Монах попытался ей помешать, но Незабудка прихватила его за волосы и с размаху приложила головой о столешницу. Он попытался вырваться из неожиданно крепкого захвата, но не смог шевельнуть и пальцем — тело сделалось чужим, непослушным.
— Что за чёрт! — Монаху всё же кое как удалось повернуться, но сильные руки снова прижали голову к столу.
— Не рыпайся, парень! — проскрипела Незабудка. — Припёрся незваным — так терпи.
Бабкины руки сделались тяжёлыми и ледяными, длинные ногти зацепили исковерканную щёку. Шрам словно пронзило иглой, и Монах на мгновение ослеп от боли."
"Словно сквозь ватный слой он слышал отчаянные вопли Ерошки, едва различимый шелест похожий на шипение, насмешливое хмыканье Инги.
— Пусти, хозяюшка! Не хочу со змеёй цуловаться! — не замолкая, верещал корноухий.
— А ну не вой, предатель! — Ирина Санна была неумолима. — Посидишь под замком с неделю, умишку подправишь. Скажи спасибо, что в болото не погнала! В холопы водяному!
— С-с-спасибо… — послушно проскулил тот. — Спасибо матушка-благогодельниццца-а-ааа…
— Может всё же к водяному его? Пока тот в спячку не впал? — Пална потуже перевязала платок, скрывая под ним змею. — Себе другого помощника покличем.
На хлебное место много желающих.
— Может, и к водяному. Но это позже, — Ирина Санна направилась к Монаху, подняв стакан с сон-травой, протянула его вперёд. — Испей-ка компотику, молодец, — промурлыкала нарочито ласково. — Уважь бабушек.
— Н-н-не буду… — Монах с трудом сфокусировался на ведьме. — Сами пейте эту отраву.
— Вы гляньте, ещё ерепенится! — восхитилась Ирина Санна. — Придётся выпить, паренёк. Сговорчивее станешь. Приподними его, — скомандовала она Незабудке, и когда та потянула Монаха за завязанный хвост, поднесла стакан вплотную к губам.
— Пей. Это нужно. Давай же.
Монах замычал, отчаянно пытаясь увернуться. Как же он проклинал, как ругал себя сейчас! Яга была очень опасным противником. А он, идиот, недооценил её.
— Посмотри на меня, паренёчек, — Ирина Санна продолжала держать стакан у губ Монаха. — Не будь упрямцем, ну же!
Сам не зная как — он посмотрел и полностью оказался в гипнотической власти.
