Скоро со лба градом катил пот, но вода послушно отступала от берега, оголилось илистое дно.
За мной из реки наблюдал юноша, и мне казалось, что он улыбается. Его пронзительно синие глаза лучились потусторонним светом. Скоро я почувствовал, что работать с водой стало легче и заметил, как призрак совершает какие-то пасы руками. Река отступила, на дне, занесённые илом, лежали два небольших сундука. Дерево от времени сгнило, и монеты местами просыпались по дну.
Юноша стоял рядом, и я чувствовал, что он помогает мне удерживать толщу воды.
Увязая чуть ли не по колено в иле, добрался до заветных сундуков, кое-как вытянул их со дна и дотащил до берега.
Призрак довольно кивнул, и река снова вернулась, захлестнув меня прибрежной волной. Я весь продрог, на улице было пасмурно, и от ледяного ветра зубы отстукивали морзянку, но одеваться ещё рано. Столько золота мне не унести, да и куда его сдавать. Снова заполучить срок не улыбалось, и я решил спрятать монеты. А сделать это проще в реке. Один из сундуков сохранился лучше, я переложил все монеты туда, оставив себе лишь пять золотых.
"
"Юноша исчез, а силы мои были на исходе. Ноги подкашивались, я полз по льду, таща сундук за собой. Там, где виднелась полынья, похоже, был омут; добравшись туда, почувствовал, что дно здесь действительно глубже. Когда-нибудь я вернусь за золотом, а может, передам карту Стёпке, своему сыну. Он тоже наделён моим даром, справится. Осторожно подобрался к полынье на пузе, лёд точно дышал, и я боялся уйти под воду. Моих сил сейчас не достанет, чтобы выбраться из реки.
Потихоньку подвинул сундук впереди себя и скинул его на дно.
Призраков видно не было, как ни вглядывался в толщу воды. Выполз на берег и из последних сил развёл костёр. Оделся, достал банку консервов, трясущимися руками подогрел её над огнём. Горячая пища помогла быстрее прийти в себя, хотя до сих пор зубы отстукивали дробь. Помыл банку и поставил на огонь речной воды, напился кипятка, чуть не ошпарившись.
Обогревшись, вытащил монеты, чтобы рассмотреть получше.
На реверсе был изображён какой-то бородатый мужик в полный рост и с мечом на поясе, на аверсе тянулась вязь, похожая на арабский язык. Чуть отпоров подкладку тулупа, спрятал монеты в одежде. Даже если меня обыщут, их вряд ли найдут.
Пока я возился с кладом, солнце достигло зенита. Затушил костёр и двинулся в путь. Ночевать здесь ещё одну ночь совсем не хотелось.
К обеду следующего дня показался небольшой посёлок, рядом с железной дорогой стоял крохотный вокзал.
