Понял ли Клим, что в нас чуть не забили ледяной гигантский гвоздь — не знаю. Однако матерно сверкать на меня взглядом он перестал, покрепче ухватил аркан, и мы начали, все на такой же бешенной скорости вращаться, на манер куропаток, насаженных на вертел. Когда же я оказалась опять в положении «акула — снизу, я — сверху», то решила сдуру обернуться. Зря.
Ледяное копье нашло свою поживу, накрепко соединив кормщика и погонщика, течение под ними развеялось, почуяв слабину управлявшего им мага, и сейчас я видела, как еще живой рулевой пытается выгрести наверх.
Вот только даже я понимала, что подняться с глубины в сотню футов за пять минут без амулета дыхания не возможно: легкие разорвет от перепада давления. К тому же парень был привязан к уже мёртвому погонщику, тянувшему его на дно.
Краткий миг, что я видела еще живого, но уже мертвеца, врезался в сознание клинком. По телу пробежал разряд страха, но не того, что сковывает тело и парализует разум. Сейчас я как никогда отчетливо поняла: либо мы победим, либо умрем.
У наездника, плывшего сзади, того, который метнул в нас копье, не иначе были личные счеты с Климом. Эта сволочь занесла руку для нового ледяного пасса.
Позабыв о том, что в воде кричать бесполезно, я выдохнула «Да гори же ты!». Одной рукой продолжая держать плавник, второй — запуская сорвавшиеся с пальцев даже не языки огня, а раскаленную лаву.
Вода тут же забурлила кипятком. Акула подо мной, которой, не иначе, подпалили хвост, безо всякого понукания рванула так стремительно, что облако враз вскипевшей воды лишь обдало лицо жаром.
А если бы тварь подо мною вдруг замедлила ход? Да я бы сама себя сварила заживо!
Преследователь волнорезом пробороздил кипящую воду.
Течение под ним, словно обезумев, сделало несколько резких рывков в стороны, очертания акулы размылись, и, окончательно разорвав плетение сдерживающих чар, лопнули. Волна от взрыва дошла и до нас, вжав мою спину в позвоночник Клима.
Парень даже не обернулся, заходя на очередной вираж.
Болтанка, и мы, вращающиеся на полной скорости буром, когда не понятно, где низ, где верх, вклинились между двумя акулами, которые шли до этого вровень.
Приготовилась, что вот сейчас в нас полетят заклинания тех, кто остался позади, но нет, я видела в лицах разметавшихся по обе стороны погонщиков лишь досаду и злость."
"Большего разглядеть не успела: наша тварь взмыла свечкой вверх. Я оказалась практически лицом вниз, сложившись пополам.
