Кэт положила совок и взглянула на господина Хэксби:
— Вам, наверное, пора домой, сэр. Госпожа Ноксон, должно быть, гадает, куда вы запропастились.
Господин Хэксби состроил недовольную гримасу, однако поднялся со стула, правда не без труда. Взяв кочергу, он поворошил угли. Кэт принесла ему плащ, и чертежник позволил ей накинуть его на свои тощие плечи.
— Хотите, провожу вас, сэр?
Конечно, не до самого дома, во двор «Трех петухов» Кэт заходить не станет, но хотя бы до входа в переулок, ведь Стрэнд даже в воскресенье вечером запружен и людьми, и повозками.
— И речи быть не может, — ответил Хэксби. — Вам пока лучше не выходить на улицу без лишней надобности. Незачем рисковать.
Но Кэт понимала: чертежника волнует не ее безопасность, он просто боится показаться слабым и беспомощным.
— Неужели по ночам вам здесь не страшно одной? — спросил Хэксби."
"— Нет, сэр. — Как объяснить, что одиночество — именно то, что ей больше всего нужно? — К тому же в доме, кроме меня, есть люди.
Господин Хэксби и доктор Рен занимали только верхний этаж с огромными окнами, где и устроили мастерскую.
Кроме Кэт, они взяли на работу двух чертежников, но у тех было свое жилье. На первом этаже располагалась шляпная лавка, а прямо под чертежной мастерской жила семья гугенотов из Франции. Днем общий вход охранял лакей, ночевавший в каморке возле принадлежавшей шляпнику судомойни.
— Но по ночам на чердаке вы в полном одиночестве, — возразил Хэксби: он вцепился в эту не слишком плодотворную тему, будто пес в кость.
Кэт уже стояла возле двери, дожидаясь его ухода.
— Если мне будет скучно, спущусь к мадам Шарве.
Чертежник внимательно поглядел на девушку:
— Утром приду пораньше, до рассвета. У нас столько дел, что нельзя терять ни минуты. А скоро работы еще прибавится.
Восстановление Лондона начнется с Нового года. Правительство и власти Сити наконец-то договорились, что́ следует предпринять и, самое главное, на какие средства. Соответствующие билли уже обсуждаются в парламенте, и скоро они получат статус законов.
Господин Хэксби надеялся, что новые заказы вот-вот потекут рекой.
Кэт открыла перед ним дверь и взяла свечу. Нужно проводить Хэксби, не спускаться же ему в темноте.
— И все-таки ужасно жаль, — рассуждал чертежник, когда они преодолевали последний лестничный пролет. — Потомки будут говорить, что нам представился шанс сделать Лондон великой столицей на долгие века, однако мы им не воспользовались.
