Да ещё так близко, что ему пришлось упереться спиной в стену. — На что Ратников тратит деньги из котла? Выпивка, продажная мужская любовь или азартные игры?
— Я не знаю, — пожал тот плечами, метнув унылый взор вдоль пустого коридора.
— Многие боги считают, что ложь — это грех. А моя правая рука очень похожа на карающую длань богов. Вот смотри, как она сжимается в кулак…
— Я правда не знаю, Громов! Он же мне не докладывает. Но по слухам… — замешкался парень, облизав губы. — По слухам, у Ратникова и его подручных хорошо обставленные комнаты.
А ещё они ни в чём себе не отказывают, выбираясь в город.
— Где его логово?
— Комната номер семь, — прошептал смертный и уже в спину мне обеспокоенно бросил: — Вы же ему не расскажете обо мне⁈
— Нет. Можешь спать спокойно.
Кадет с облегчением выдохнул и поспешил прочь.
А я нашёл дверь с медным номером семь и прислушался. Из-за неё доносились весёлые голоса и негромкий рок с сочным хриплым вокалом солиста. Отлично, мне сойдёт.
Я распахнул дверь и влетел в довольно просторную комнату, вместившую целую прорву мебели! Ратников отлично устроился, разорви его Хель! У него даже имелся большой круглый стол, за которым он сейчас с Барсовым и ещё двумя третьекурсниками играл в карты.
— Какого хрена ты сюда ввалился⁈ — в шоке выпалил Ратников, пока его друзья удивлённо таращили глаза. — Пошёл вон, сопляк, пока я тебе зубы не выбил!
— Революция! — взревел я дурным голосом, схватил табуретку и с деревянным треском опустил её на голову ближайшего кадета.
Моё грозное оружие развалилось на несколько кусков. Зато парень после такого удара отринул все заботы мирские. Хрюкнул и без сознания грохнулся на пол.
А я под вопли вокалиста опрокинул стол на Ратникова, заставив того упасть вместе со стулом. Карты же салютом взмыли в воздух.
— Какого хера⁈ — завопил Барсов, вскочив на ноги и угрожающе выставив руку, окутанную магией.
— Если встрянешь, я тебе кадык вырву, несмотря на то что у нас вечером дуэль! Встань к стене и не отсвечивай! — люто выхаркнул я и двумя мощными ударами в челюсть вырубил второго неизвестного мне кадета.
Он с окровавленным лицом рухнул на диван и затих в странной позе, словно пытался забраться на предмет мебели, но на полпути передумал и заснул.
Барсов заколебался.
А из-под стола наконец выбрался багровый от ярости Ратников.
— Убью! — взревел он, вставая с четверенек."
"Но моя нога помешала его злокозненным намерениям.
