А у нас совсем не приветствуются такие ритуалы.
— Так прибирай.
— А что мой внук? Как он? — тревожно спросил человек, вытащив из салона плотницкий топор.
— Тут он. Его разум совсем слаб, но я спасу его.
— Локки, давайте договоримся. Никто не должен знать, что в теле моего внука обитает иная сущность, — обеспокоенно произнёс Громов, добив топором последнего волколака.
— Я свою силу скрывать не буду, так что придумай, как преподнести её общественности.
— Придумаю, — пообещал он и разрубил верёвку, на которой висела туша чёрного козла.
— Правда, это будет сложно. В нашем мире существует атрибут «телепортация», но никто не способен им пользоваться с такой скоростью, как вы.
— А ты что умеешь? «Молнию» и «воздушное копьё» я видел. Может, что-то ещё?
— «Каменную кожу» могу вызвать. Она, кстати, мой первый атрибут, потому самая сильная.
— И всё? — скривился я.
— Три атрибута — это совсем не мало. У самого императора их всего семь, — уязвлённо проговорил Громов, попутно укладывая на землю столбы.
— А у простолюдинов и один считается за счастье. Хотя у них редко дар пробуждается. А у вас сколько атрибутов?
— Мне хватает, — усмехнулся я и потёр веки подушечками пальцев.
Смертный хмыкнул и продолжил заниматься своим делом.
А я подумал, что во всех мирах магия — это атрибуты, пестуемые в магических родах. Чаще всего атрибуты переходят к детям от матери или отца, а может, и от обоих. Но иногда способны проклюнуться и атрибуты, которыми владели более далёкие предки.
Вот в моём роду практически у всех проснулись те атрибуты, что были у бога Локи.
— Всё, управился. Можно ехать, — прохрипел порядком уставший Громов и швырнул в салон шкуру волколака-альбиноса. А потом туда же отправил металлическую шкатулку, сияющую гораздо ярче, чем прежде.
— Что это за аппарат? — кивнул я на шкатулку.
— Ловушка. Она втягивает в себя энергию, высвобождающуюся в момент смерти живых существ, — объяснил бородач, сев за руль. — Эта энергия питает различные артефакты.
К сожалению, волколаки имеют всего лишь второй уровень по имперскому справочнику монстров, поэтому много энергии они не дают.
Громов повернул ключ зажигания. И на этот раз фургон завёлся сразу же, словно насмехался над нами. А дальше он медленно поехал по лесу, шелестя спущенными колёсами.
Спустя пару минут мы уже выбрались на дорогу, практически потерявшуюся среди мрачных деревьев с чёрными дуплами и седым мхом.
